§ 4. РАЗВИТИЕ РЕВОЛЮЦИОННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ И СТАНОВЛЕНИЕ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ОППОЗИЦИИ

В последнее десятилетие XIX — первые годы XX в. в стране динамично развивалось революционно-освободительное движение, направленное на свержение абсолютной монархии, и оппозиционнолиберальное, ратовавшее лишь за модернизацию самодержавия. Существенные успехи с точки зрения разработки идеологии движения имела леворадикальная российская социал-демократия. Большая роль в утверждении в России марксизма как самостоятельного течения общественно-политической мысли принадлежала организованной в 1882 г. в Женеве группе «Освобождения труда» во главе с Г. В. Плехановым. Середина 1890-х гг. ознаменована началом революционной деятельности Владимира Ильича Ульянова, вошедшего в мировую историю под своим партийным псевдонимом — Ленин (или Н. Ленин). Приехав в Петербург в 1893 г., он вскоре проявил себя как организатор и публицист, интересующийся большим кругом теоретических и конкретно-тактических проблем развития российской социал-демократии. Лениным был написан целый ряд значительных трудов по проблемам марксистской политэкономии, истории русского освободительного движения, истории капиталистической эволюции русской пореформенной деревни и промышленности, часть из которых была издана легально. Он активно вел разработку программы социал-демократической партии. Деятельность В. И. Ленина как публициста и исследователя развития капитализма в России на основе обширных статистических материалов делает его известным среди социал-демократов и оппозиционно настроенных либеральных деятелей, а также в более широких кругах российского общества.

В 1895 г. в Петербурге возник «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». В него входили представители нового поколения русских марксистов, объединенные в Центральную группу, которая руководила районными, а те через организаторов из числа рабочих направляли деятельность кружков на заводах и фабриках. Новая организация живо откликалась на рабочие выступления, посылая на предприятия агитаторов и снабжая забастовщиков листовками и прокламациями. В конце 1895 — начале 1896 г. многие участники «Союза борьбы» были арестованы, но вплоть до весны 1896 г. он продолжал действовать. По типу петербургского союза возникли организации в Москве, Иваново-Вознесенске, Екатеринославе, Киеве, других промышленных центрах России. В отдельных случаях между ними были установлены контакты. Одновременно появлялись новые социал-демократические кружки и группы во многих городах ЦПР, Поволжья, Урала, Сибири и Юга России. Из-за арестов, ссылки их участников большинство «Союзов» и групп действовали кратковременно, но на смену им приходили другие.

Создание Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП) было провозглашено в Манифесте, принятом в марте 1898 г. в Минске на съезде представителей региональных «Союзов борьбы» и ряда социал-демократических групп. Члены избранного Центрального комитета скоро были арестованы, поэтому организационных результатов I съезд РСДРП не имел. Реальное создание партии началось с подготовки за рубежом издания общерусской газеты «Искра», первый номер которой вышел в декабре 1900 г. Ее доставка из-за границы специальными агентами в разные уголки страны и распространение через созданные местные комитеты среди рабочих, сбор информации для редакции газеты помогли сформировать организационные структуры партии.

Проходивший в 1903 г. II съезд РСДРП принял Программу партии, готовившуюся и обсуждавшуюся при участии редколлегии «Искры», и Устав. Программа РСДРП была единственной в европейской социал-демократии, где содержалось требование диктатуры пролетариата. В ней определялись две группы задач, стоящих перед русскими марксистами. Первая предполагала осуществление буржуазно-демократической революции с целью свержения самодержавия, ликвидации сословной структуры общества, создания представительных учреждений, обеспечения демократических свобод граждан. Программа содержала требование 8-часового рабочего дня и возвращения крестьянам отобранных при освобождении земельных «отрезков». Эта часть именовалась программой-минимум. Программа-максимум определяла более длительную перспективу революционной борьбы и была нацелена на решение задач социалистической революции — установление диктатуры пролетариата и построение социалистического общества. Документ призывал рабочих к активному участию в предстоящей буржуазно-демократической революции.

На съезде развернулась острая дискуссия о параграфе первом Устава партии. В. И. Ленин, как автор проекта, настаивал на необходимости материальной поддержки партии взносами и обязательном участии всех ее членов в работе организации. Его оппонентом был Л. Мартов (Ю. О. Цедербаум), формулировку которого, не содержащую требований Ленина, принял съезд. Однако при выборе Совета партии и Центрального комитета ленинские сторонники («твердые» искровцы) получили большинство и стали именоваться большевиками, а мартовцы — меньшевиками. Раскол привел к серьезному кризису молодой партии. К концу 1904 г. большевикам удалось укрепить ряды российской социал-демократии, воссоздав руководящие центры. Состоявшиеся Южная, Кавказская и Северная областные конференции комитетов РСДРП выразили недоверие меньшевистским центральным учреждениям и создали Бюро комитетов большинства во главе с Лениным.

На рубеже XIX—XX вв., нередко раньше РСДРП, в Российской империи возникли национальные социал-демократические партии. К ним относились Социал-демократия Королевства Польского (1893), Литовская социал-демократическая партия (1896), Всероссийский Еврейский Рабочий Союз в Литве, Польше, России — «Бунд» (1897), Социал-демократия Финляндии (1899), Латвийский социал-демократический союз (1900), Еврейская социал-демократическая партия «Поалей Цион» (1900) и др. Такому массовому их созданию способствовало существование в этих регионах недовольства на национальной почве, усугублявшееся вхождением Литвы и Польши в черту оседлости. Известную роль играла близость этих областей к западным границам страны. Это облегчало контакты, в частности с Германией и Австро-Венгрией, где существовали социал-демократические партии, представленные в парламентах, открыто распространялась марксистская литература.

Возникновение партии социалистов-революционеров. На рубеже XIX—XX вв. в освободительном движении России продолжал существовать мощный демократический поток, слабо дифференцированный организационно. Заметным явлением леворадикального крыла освободительного движения стало возникновение на основе различных неонароднических организаций партии социалистов-революционеров (эсеров). В ней были представлены лица, часто сочетавшие упрощенное понимание марксизма со старыми взглядами революционного народничества. В разноголосице мнений объединяющим началом явилась старая идея о «вождях» и «массе», трансформировавшаяся в утверждение об авангардной роли интеллигенции в грядущей русской революции. Одним из видных теоретиков неонародничества стал В. М. Чернов, пытавшийся приспособить социалистические идеи к сугубо крестьянским странам.

С конца XIX в. число организаций социалистов-революционеров в России и эмиграции увеличивалось, но процесс их консолидации шел медленно. Он был ускорен террористическими актами против высших сановников российской бюрократии, когда их вершители заявили о своей принадлежности к социалистам-революционерам. Так поступил студент Карпович, стрелявший в министра Боголепова, и статистик самарской земской управы Ааговский, пытавшийся в марте 1901 г. убить К. П. Победоносцева. Хотя эсеровские группировки не были инициаторами этих покушений, но воспользовались ситуацией, заявив, что избирают террор важнейшим средством борьбы с правительством. Процесс объединения в партию различных эсеровских организаций растянулся на весь 1902 г. В опубликованном соглашении об объединении отмечалось, что партия будет вести свою деятельность среди промышленных рабочих крупных центров и интеллигенции, а также признавались «неизбежность и целесообразность террористической борьбы». Для этого группы террористов были сведены в Боевую организацию во главе с Г. А. Гершуни. Размах крестьянского движения в 1902 г. заставил эсеров заявить: «Интеллигенция и пролетариат без крестьянства бессильны, в союзе с крестьянством они могут достигнуть всего».

1902 г. стал началом активной террористической деятельности эсеров, направленной против представителей высшей царской бюрократии, причастных к проведению репрессий в отношении революционеров и трудящихся. 2 апреля в Мариинском дворце С. В. Балмашев в упор выстрелил в министра внутренних дел Д. С. Сипягина. вскоре скончавшегося. Покушение Ф. Кочуры на харьковского губернатора И. М. Оболенского, творившего массовые расправы над восставшими крестьянами, оказалось неудачным. 6 мая 1903 г. О. Е. Дулебов покарал организатора «Златоустовской бойни» — уфимского губернатора. Руководитель подготовки покушения Гершуни попал в руки полиции, был приговорен к смертной казни, замененной пожизненной каторгой. Во главе Боевой организации был поставлен Евно Азеф (Азев). 15 ноября 1904 г. Е. С. Созонов убил В. К. Плеве, а 4 января 1905 г. бомбой, брошенной И. П. Каляевым, террористы покончили с великим князем Сергеем Александровичем.

Партия социалистов-революционеров, объективно выражавшая интересы мелкобуржуазных слоев населения, в частности крестьянства, оставалась преимущественно организацией интеллигентов, как и большинство других политических партий и объединений в России.

Эсеровская партия отличалась особо значительным расхождением взглядов ее членов, в том числе отношением к народничеству и марксизму, определением социальной среды деятельности партии, основных методов революционной борьбы и т. д. Это обусловило длительный процесс выработки программы партии, утвержденной только в 1906 г. на Учредительном съезде. Боевая организация эсеров существовала автономно, имея свой устав, кассу, явки, адреса и квартиры.

Либерально-оппозиционное движение на рубеже XIX— XX вв. оставалось пестрым по своему составу и аморфным организационно. В либеральных кружках этой эпохи объединялись помещики разных званий и разной состоятельности, а также буржуазная интеллигенция. Сословная неоднородность либеральной оппозиции обусловила значительную амплитуду в понимании политических и социально-экономических проблем русского общества между отдельными участниками движения. Надеясь получить необходимые реформы из рук самодержца, они по-разному видели методы и формы «давления» на монарха. Главным для русского либерализма оставалось: не допустить в России демократической республики.

Дворянская оппозиция в этот период остается сосредоточенной в земствах, которые по-прежнему ориентируются на подачу царю всякого рода ходатайств, петиций, составленных в весьма осторожных выражениях и предлагавших обсудить животрепещущие вопросы российской реальности. Нередко подобные акции приобретали характер кампаний, как это было в середине 1890-х гг. и в 1904 г. В среде либерального дворянства на рубеже веков сохранялось представительство аристократической верхушки, которая держалась особняком и объединялась в отдельные кружки. Наиболее известным был кружок «Беседа», образованный в Москве в ноябре 1899 г. К 1905 г. в нем было 54 человека. Все они являлись помещиками, в основном членами земских уездных или губернских управ. Среди недовольных оказалось 9 князей Рюриковичей, 8 графов, 2 барона. Программой кружка предполагалось действовать легально с целью «пробуждения общественной деятельности, общественного мнения... Способ достижения этой цели заключается в том, чтобы действовать через земские и дворянские собрания, а также путем печатного и живого слова...». Другой центр земского либерализма, причисляемого к правому (или славянофильскому) крылу, сложился зимой 1900/01 г. вокруг известного общественного деятеля Д. Н. Шипова, состоявшего председателем бюро земских съездов и председателем Московской губернской земской управы. Среди его участников были члены княжеских фамилий, крупные землевладельцы и представители университетской профессуры. Намереваясь восстановить нарушенное бюрократией «единение царя с народом», члены кружка ратовали за создание при государе совещательного органа из представителей земств и введение некоторых политических свобод. В сущности, земцы намеревались помочь власти справиться с наступавшим кризисом и не допустить революционного взрыва.

Большую активность в оппозиционном движении рубежа столетий начинает проявлять буржуазная интеллигенция, включавшая видных адвокатов, профессуру, врачей, крупных инженеров. Выходцы из различных сословий, ставшие весьма состоятельными людьми во многом благодаря собственному таланту, труду, преодолению множества препон, а иногда и унижений, они не забывали тяжести пройденного пути и не всегда были удовлетворены своим новым социальным статусом. Размышляя о судьбах страны и ведя идеологический поиск, часть из них в 1890-е гг. пережила увлечение марксизмом. Не соглашаясь и не принимая его революционной идеологии, П. Б. Струве, М. И. Туган-Барановский, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков и другие разделяли целый ряд положений Марксовой политэкономии. Особенно близок «легальным марксистам» (так именовал их В. И. Ленин) был тезис о прогрессивности капитализма, ставший одним из оснований будущей программы русского буржуазного либерализма. Из положения о борьбе за более последовательное развитие в стране капитализма путем ликвидации преград, тормозящих этот процесс, вытекало утверждение о долговременности эпохи российского капитализма как определенного исторического этапа и неправомерности каких-либо разговоров о социалистической революции в России.

В условиях нарастания социально-политического кризиса в стране и нежелания верховной власти прислушаться к самым умеренным рекомендациям, часть лидеров буржуазного либерализма убеждается в необходимости более решительных действий. Одним из существенных факторов проявления этой тенденции было опасение потерять влияние в обществе и утратить активно настроенных сторонников, которые, отшатнувшись от либерализма, «уйдут в революцию», в 1901—1902 гг. русская социал-демократия помогала либералам, инициируя их политическое развитие, критикуя за непоследовательность и подталкивая их влево. На рост умеренно-либеральной оппозиции повлияла и политика царизма по отношению к земствам при обсуждении крестьянского вопроса. Когда отбушевали крестьянские восстания на юге России, в Москве собралось совещание земских деятелей. Хотя в принятом ими постановлении обходился вопрос о земле, но предлагалось уравнять крестьян в личных правах с другими сословиями, освободить их от чиновничьей опеки, отменить телесные наказания, реформировать суд, земства, предоставить свободу слова и т. д.

На новый всплеск земской активности в конце 1903 г. верховная власть ответила репрессиями. В январе 1904 г. правительство приступило к разгрому тверского земства как давнего очага земской оппозиции. Поводом послужило предложение новоторжского уездного земства обратиться к царю с адресом, который был интерпретирован как намек на необходимость перейти к конституционной форме правления. Решение, высказанное в письме Николая II на имя В. К. Плеве, ясно и недвусмысленно гласило: «Настало время треснуть неожиданно и крепко». Уже 16 января появляется сообщение о смещении тверской губернской и новоторжской уездной управ. В ходе борьбы с земской фрондой в 1902—1904 гг. власть предпринимала и всякого рода обходные маневры, создавая впечатление готовности пойти на уступки, если земство будет держаться в указанных ему рамках. Но ни власть, ни земские лидеры уже не могли реализовывать какие-либо маневры, так как нельзя было, как прежде, загнать внутрь накопившиеся в России социально-экономические противоречия. Они требовали своего разрешения, о чем заявляло развивавшееся движение народных масс. Начавшееся размежевание земской оппозиции привело к проведению в ноябре 1903 г. в Москве I съезда сторонников конституционной монархии, который положил начало «Союзу земцев-конституционалистов».

В процессе объединения российских либералов в политические организации важную роль сыграл нелегальный журнал «Освобождение», выходивший с лета 1902 г. в Штутгарте. Его редактором был Петр Бернгардович Струве, к этому времени перешедший на сугубо либеральные позиции. В передовой статье первого номера журнала подчеркивалось: «Культурное освобождение России не может быть ни абсолютным, ни преимущественным делом одного класса, одной партии, одного учения. Оно должно стать делом национальным или общенародным... Пусть национальное освобождение будет провозглашено открыто общим делом детей и отцов, революционеров и умеренных». Подобное заявление показывало, что в отличие от предшествующих земских кружков новые представители буржуазного либерализма намеревались повести за собой не только своих сторонников, но и представителей революционной демократии. В 1903 г. в Швейцарии состоялся съезд, в котором участвовали земцы, субсидировавшие журнал, бывшие «легальные марксисты» и народники. Участники обсуждали перспективы деятельности будущего объединения, получившего наименование «Союз освобождения», не придавая ему статуса политической партии. Официально «Союз» начал действовать с января 1904 г., когда в Петербурге прошел его учредительный съезд. Господствующее положение в «Союзе земцев» занимали либеральные помещики, а в «Союзе освобождения» три четверти членов были буржуазные интеллигенты. Существо программы либеральной оппозиции сводилось к требованию некоторой модернизации самодержавия путем введения выборного представительства и осуществления отдельных реформ для ограничения «произвола самодержавной бюрократии». Смысл программы в социально-экономическом аспекте заключался в обеспечении более свободного развития в России капитализма.

Российская буржуазия медленно втягивалась в процесс политического сплочения. Даже защита своих экономических интересов и социального статуса не имела активной общественной поддержки в предпринимательских кругах. Разнообразные по типу и назначению объединения предпринимателей были ограничены по территориальному, производственному или профессиональному признакам. Власти, допуская учреждение биржевых комитетов, обществ фабрикантов и заводчиков отдельных районов, советов съездов предпринимателей отдельных отраслей и индустриальных центров, не торопились упростить процедуру их создания, осуществляли надзор за их работой, ограничивали их функции. Развитие капитализма и проявление монополистических тенденций активизировали рост предпринимательских объединений. В 1895—1904 гг. образовалось 39 новых биржевых комитетов, а число отраслевых съездов удвоилось. Представители торгово-промышленных кругов в начале XX в. редко принимали участие в создании политических партий. Это не исключало, однако, финансирования некоторыми из них даже леворадикальных движений, как это делал московский фабрикант С. Т. Морозов, выделяя средства для издания «Искры».


Поделиться: