§ 2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

Промышленность. В 1953—1964 гг. экономическое развитие страны осуществлялось по планам пятой и шестой пятилеток, а также семилетки, оказавшейся единственной в советской истории. Точнее, на этот период пришлись три последние года пятой, три года шестой пятилеток и 6 лет семилетки. Идея последней возникла при уточнении и развитии заданий 6-й пятилетки, 2 последних года которой и следующее (седьмое) пятилетие были сведены в один план. Главной причиной появления 7-летнего плана был переход к территориальной структуре управления народным хозяйством, требовавший соответственных изменений в планировании. Для периода в целом характерны довольно высокие (если сравнивать с последующими годами) темпы экономического развития. Опережающими темпами развивалась промышленность.

За годы 5-й пятилетки (1951—1955) промышленное производство в СССР удалось увеличить на 85%, за 3 года 6-й пятилетки — на 64, за семилетку (1959—1965) — на 84%. В пересчете на пятилетия промышленное производство за 1956—1960 гг. возросло на 64,3%; за 1961—1965 гг. (7-я пятилетка) — на 51%.

Пятый пятилетний план выполнен досрочно. К началу 1956 г. выпуск промышленной продукции на 15 процентных пунктов превысил плановые задания. Всего за годы пятилетки построены и введены в действие 3,2 тыс. новых промышленных предприятий, в том числе доменные печи в Череповце, на Орско-Халиловском комбинате; трубопрокатный и металлургический заводы в Закавказье; шахты в Донбассе, Кузбассе, Караганде, в Печорском угольном бассейне; Березниковский калийный и Новокуйбышевский нефтеперерабатывающий комбинаты. Вступили в строй крупные ГРЭС (Приднепровская в Днепропетровской области, Черепетская — в Тульской, Южно-Кузбасская — в Кемеровской, Южно-Уральская — в Челябинской области); мощные гидроэлектростанции (Мингечаурская в Азербайджане, Усть-Каменогорская — в Казахстане; первая очередь Куйбышевской ГЭС). Объем капиталовложений в промышленности был почти в 2 раза большим, чем в 4-й пятилетке.

В 50-е годы был осуществлен ряд крупных мер по расширению прав союзных республик в управлении народным хозяйством.

В 1954—1955 гг. вопреки оправданному для громадной страны «имперскому» принципу управления из союзного подчинения в ведение союзных республик было передано свыше 11 тыс. промышленных предприятий. В 1956 г. на основе решений XX съезда партии в ведение республик было передано еще 3,5 тыс. предприятий различных отраслей народного хозяйства. Постановлением Совета министров СССР от 4 мая 1955 г. Совминам союзных республик предоставлялось право самостоятельно утверждать планы производства и распределения всех видов промышленной продукции, вырабатываемой в республиках. Республиканские власти стали самостоятельно распределять средства между республиканским и местным бюджетом, полнее учитывать местные условия и нужды при распределении бюджетных средств.

Несмотря на все ошибки хрущевского руководства, 50-е гг. стали временем перехода СССР к научно-технической революции, выразившегося в переходе к автоматизации некоторых производств и развитии таких принципиально новых научно-технических направлений, как электроника, атомная энергетика, космонавтика. В 1950 г. были созданы отечественные электронно-вычислительные машины для решения статистических задач. В мае 1954 г. принято постановление Совмина о создании межконтинентальной баллистической ракеты и выводе в космос искусственного спутника Земли. В этой связи в феврале 1955 г. развернулось строительство ракетно-космического комплекса Байконур, в январе 1957 г. — испытательного полигона в Архангельской области (ныне космодром Плесецк). 27 июня 1954 г. в СССР дала ток первая в мире атомная электростанция в Обнинске. Июльский (1955) пленум ЦК партии рассмотрел вопрос о дальнейшем подъеме промышленности, техническом прогрессе и улучшении организации производства. Именно на этом пленуме было впервые отмечено, что страна стоит на пороге новой научно-технической и промышленной революции. Работники промышленности и ученые призывались всесторонне изучать достижения отечественной и зарубежной науки и техники, внедрять их в производство.

Во второй половине 50-х гг. упор по-прежнему делался на развитие промышленности, особенно на производство средств производства (группа «А»), которое составило к началу 60-х гг. почти три четверти общего объема промышленного производства. Опережающими темпами развивались машиностроение, металлообработка, химия, нефтехимия, электроэнергетика. В 50-х — первой половине 60-х гг. объем их производства вырос в 4—5 раз. Предприятия группы «Б» (легкая, пищевая, деревообрабатывающая и другие отрасли промышленности) развивались гораздо медленнее, однако и их рост был двукратным.

За 1955—1958 гг. вступили в строй 2690 крупных промышленных предприятий. Летом 1958 г. закончено строительство Куйбышевской ГЭС. Завершение строительства Волгоградской (Волжской) ГЭС положило начало созданию единой энергетической системы. Сданы в эксплуатацию Иркутская и Новосибирская ГЭС, Томь-Усинская и Верхнетагильская ГРЭС, Серовский завод ферросплавов, Саратовский химический комбинат, Новогорьковский и Волгоградский нефтеперерабатывающие заводы, введен в строй газопровод Ставрополь—Москва. Развитие газовой промышленности на территории Северного Кавказа, в Поволжье и других районах позволило газифицировать более 160 городов.

Объем промышленного производства за годы семилетки (1959—1965) увеличился на 84% вместо намечавшихся 80% (при этом предприятия группы «Б» план не выполнили); введено в действие около 5,47 тыс. новых крупных промышленных предприятий. Наибольшие успехи были связаны с ускоренным развитием нефтяной и газовой индустрии, внедрением автоматики, сооружением гигантов металлургии и электроэнергетики. Построены мощные ГРЭС в Сибири (Беловская и Назаровская), на Урале (Троицкая и Яйвинская), Конаковская в Калининской (Тверской) области. В 1960 г. пущена в ход самая крупная в мире по тому времени Сталинградская ГЭС мощностью 2541 МВт. В июне 1959 г. перекрыта Ангара, где возводилась Братская ГЭС, ставшая после монтажа последнего агрегата в 1964 г. мощнейшей в мире. В марте 1963 г. строители Красноярской ГЭС перекрыли Енисей, где велось сооружение еще более мощного гиганта электроэнергетики — на 6 тыс. МВт. В 1964 г. Нововоронежская и Белоярская атомные электростанции дали промышленный ток.

Один за другим вводились в строй новые объекты на металлургических предприятиях Урала и Череповца, на Новотульском и Новолипецком заводах. Построены Качканарский горно-обогатительный, Барнаульский шинный и Щекинский химический, Солигорский калийный комбинаты. В 1961 г. завершена электрификация железнодорожной магистрали Москва — Байкал; создан самый большой в мире пассажирский теплоход на подводных крыльях; «Аэрофлот» обогнал все страны мира по темпам роста авиаперевозок.

22 июня 1960 г. мощный нефтяной фонтан обозначил появление Шаимского месторождения в Тюменской области, с 1964 г. началась промышленная добыча нефти в Западной Сибири. Уже в 1955 г. ее добыча в СССР составляла 70,7 млн т (в 3,6 раза больше, чем в 1945 г.), в 1960 г. — 147,9, в 1964 г. — более 223 млн т. Расширение добычи и экспорта нефти становилось спасительным источником нефтедолларов, заменявшим оскудевающие ресурсы деревни и сельского хозяйства.

Выполнению плановых заданий способствовали рост численности рабочих, занятых механизированным трудом, повышение их общеобразовательного уровня и квалификации, поддержка рационализаторства и изобретательства, различных форм соревнования, распространение передового опыта, шефства комсомола над строительством предприятий. Молодежь откликалась на призывы участвовать в возведении «строек коммунизма» в необжитых краях Сибири и Дальнего Востока. В апреле 1958 г. коллектив железнодорожной станции Москва-Сортировочная выступил с почином о проведении ежегодных коммунистических субботников с переводом заработанных денег в различные фонды. В том же году прядильщица из Вышнего Волочка В. И. Гаганова стала инициатором движения за переход передовиков производства на отстающие участки, чтобы поднять их до уровня передовых. Эти и другие примеры различных общественных инициатив находили многих последователей.

Опережающими темпами в 50—60-е гг., как и ранее, развивался в стране военно-промышленный комплекс, предприятия которого отличались высокой производительностью труда, отменным качеством продукции. По данным на 1962 г., предприятия ВПК производили 6 основных видов военной продукции: общевойсковые системы вооружения и боеприпасы (в научно-исследовательских, конструкторских и производственных организациях этого профиля было занято около 270 тыс. человек); общую и специальную авиационную технику (250 тыс.); боевые надводные и подводные корабли (428 тыс.); радиоэлектронное военно-техническое снаряжение (1 млн); системы ракетно-космической техники (свыше 100 тыс.); ядерные и термоядерные боеприпасы.

Значительная часть предприятий атомной промышленности (предприятия по добыче сырья, производству расщепляющихся материалов для атомных энергетических установок и снаряжения ядерных боезарядов, переработке, локализации и захоронению отходов отработанного топлива) размещалась в «закрытых» городах. В общей сложности на этих предприятиях в начале 60-х гг. было занято не менее 1 млн человек. Если не брать в расчет атомную промышленность, то в 1962 г. на предприятиях ВПК работали 3,6 млн — около 5% от общего числа рабочих и служащих, занятых в промышленности, образовании, науке, культуре и здравоохранении.

Для производства военной продукции привлекалось также более 800 предприятий «гражданских» министерств и ведомств. В то же время предприятия ВПК производили значительное количество мирной продукции. В 1962 г. здесь планировалось изготовить 22 тыс. металлорежущих станков, 35,5 тыс. тракторов, 438 тыс. мотоциклов и мотороллеров, 1450 тыс. велосипедов, 342,5 тыс. холодильников, 804 тыс. стиральных машин, 150 тыс. швейных машин, 3175 тыс. часов, 2150 тыс. телевизоров, 4765 тыс. радиоприемников. В общем объеме производства предприятий ВПК мирная продукция в 1962 г. составляла 42%, в авиапромышленности — 25%, в судостроении — 40%.

Среднегодовые темпы роста промышленного производства в СССР в 1951—1955 гг. составляли, по официальным данным, 13,1%; В 1956—1960 гг. — 10,3%; в 1961—1965 гг. — 8,6%. Альтернативные подсчеты каждый из этих показателей представляют меньшим на несколько процентных пунктов, но общую динамику развития промышленности под сомнение не ставят.

Сельское хозяйство. Новый курс во внутренней политике, провозглашенный в августе 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР, предполагал повернуть экономику «лицом к человеку», повысив благосостояние народа через ускорение производства предметов потребления и подъем сельского хозяйства. Между тем его уровень едва превышал довоенный. В 1952 г. сельскохозяйственное производство составляло 101% к 1940 г. В начале 50-х гг. в село вкладывали лишь около 20% от общей суммы капиталовложений в промышленность. В 1953 г. только 22% колхозов были электрифицированы, огромное большинство крестьянских изб продолжали освещаться керосиновыми лампами и свечами.

Основы новой аграрной политики были утверждены на сентябрьском (1953) пленуме ЦК КПСС. Основными причинами отставания деревни были названы материальная незаинтересованность колхозников в результатах своего труда: низкий уровень его механизации; отсутствие толкового руководства колхозами, совхозами и МТС. (Все это было следствием принципиальной недооценки особого места сельского хозяйства в экономике «холодной страны».)

Для оздоровления сельской экономики власти ограничились повышением (в 2—5 раз) закупочных цен на молоко, масло, картофель, скот, птицу. Одновременно снижались нормы поставок с личных подворий, уменьшалось налогообложение колхозников. Налог взимался теперь с размера приусадебного участка, а не в отдельности за скот, сады, кусты, ульи и т. п. Уже в 1954 г. налоги на крестьянство были уменьшены вдвое по сравнению с 1952 г., закупочные цены в следующее пятилетие выросли в 3 раза, денежные доходы колхозов в расчете на каждый колхозный двор — в 2,3, выдача денег на трудодень — в 3 раза.

Увеличивалось государственное финансирование отраслей агросферы. В 1954—1955 гг. МТС, совхозы и колхозы получили более 400 тыс. тракторов, 227 тыс. грузовых машин, свыше 80 тыс. комбайнов. Для укрепления руководящих кадров колхозов на работу в них в качестве председателей было направлено более 30 тыс. партработников («тридцатитысячников»). Свыше 120 тыс. специалистов сельского хозяйства из управленческого аппарата переведены на работу в село.

Ситуация в деревне стала поправляться. Производительность труда в сельском хозяйстве в 1935 г. выросла на 38% по сравнению с 1940 г. В течение 5 лет после сентябрьского (1953) пленума среднегодовой прирост продукции аграрного сектора превышал 7%.

На февральско-мартовском (1954) пленуме ЦК было решено для быстрого увеличения производства зерна в течение ближайших трех лет освоить в районах Казахстана, Сибири, Урала, Поволжья 13 млн га целинных и залежных земель. Обращение к молодежи получило широкий отклик. Более 500 тыс. юношей и девушек из разных городов и сел страны отправились на освоение целины. Их трудовой энтузиазм уже за три первых целинных года (1953—1956) позволил освоить 32 млн га новых земель и резко увеличить сбор зерна в стране. Из общего прироста производства зерна с 1953 по 1958 г. в целом по стране в 58 млн т на долю целинных районов приходилось 31,5 млн (54,3%). В 1958 г. на долю этих районов приходился 41% всего выращенного в стране хлеба. В последующем из-за ветровой эрозии почв урожаи в целинных районах снизились, в 60-е гг. часть освоенных земель пришлось перевести в пастбища. Тем не менее целина продолжала обеспечивать стране заготовку каждой четвертой тонны хлеба.

Гораздо меньший эффект дала попытка ускорить разрешение продовольственной проблемы в стране путем повсеместного посева кукурузы. В 1954 г., обращаясь к комсомольцам, уезжающим на целину, Хрущев говорил: «Нам необходимо иметь больше кукурузы... главным образом на откорм птицы, свиней и других видов скота». В январе 1956 г. ЦК КПСС постановил считать распространение этой культуры важнейшей задачей. Под расширение посевов кукурузы планировалось и развитие животноводства. После визита Хрущева в Америку (1959) в стране началась просто кукурузная лихорадка. К 1963 г. площади под кукурузу были увеличены до 37 млн га (с 18 млн га в 1955 г.). Однако «королеве полей» не удалось вывести страну на «орбиту коммунистического изобилия». Сокращение посевов пшеницы и ржи ради кукурузы привело к общему снижению сбора зерновых.

«Соревнование» с США, где условия хозяйствования несравненно более благоприятны, в производстве мяса, молока и масла на душу населения окончилось конфузом. Желание поскорее догнать Америку вело не только к росту производства (в первый год «соревнования» в СССР удалось увеличить производство мяса на 301 тыс. т, а в 1960 г. — на 1007 тыс.), но и к припискам, созданию видимости успеха. Наиболее показательна была попытка руководства Рязанской области увеличить в 1959 г. производство мяса в 4—5 раз. Мясо скупалось у населения и в соседних областях, школьники выращивали кроликов. В декабре было доложено, что область продала государству 100 тыс. т мяса вместо плановых 50 тыс., а в следующем году продаст 180—200 тыс. Секретарь обкома А. Н. Ларионов получил звание Героя Социалистического Труда, опыт рязанцев был рекомендован для повсеместного распространения. Но в конце 1960 г. обман раскрылся, и секретарь застрелился. В 1964 г., когда сошел с дистанции главный лидер соревнования, производство мяса в СССР достигло 8,3 млн т. Лишь в 1983 г. СССР произвел 16 млн т мяса (столько же, сколько США в 1956 г.).

В 1963 г. надежды на подъем сельскохозяйственного производства власти справедливо стали связывать уже не с кукурузой, а с развитием промышленности минеральных удобрений и химизацией сельского хозяйства. В октябре ЦК КПСС и правительство СССР опубликовали письмо ученым и работникам химической промышленности об увеличении производства минеральных удобрений и химических средств защиты растений, декабрьский (1963) пленум ЦК принял специальное постановление об ускоренном развитии химической промышленности. Отдача от химизации пришлась на 70-е гг.

Не дала ожидаемого результата и осуществленная в соответствии с постановлением февральского (1958) пленума ЦК реорганизация машинно-тракторных в ремонтно-тракторные станции. Технику продавали колхозам. Предполагалось, что эта мера укрепит их материальную базу, ликвидирует «двоевластие» на земле (колхозов и МТС), разбудит инициативу. Однако для многих слабых колхозов расходы на приобретение техники были непосильными. Ремонтная база в сельском хозяйстве оказалась подорванной, значительная часть механизаторов и специалистов МТС не захотели превращаться в колхозников и отправились в города.

Губительным для деревни было начавшееся в 50-х гг. сселение «неперспективных» деревень, ставшее реализацией высказанной Хрущевым еще при Сталине идеи об агрогородах в сельской местности. Идея была реанимирована на декабрьском (1959) пленуме ЦК, призвавшем разработать «схемы районных и внутрихозяйственных планировок». В выпущенных в 1960 г. рекомендациях Академии строительства и архитектуры СССР говорилось: «Существующие населенные пункты колхозов и совхозов рекомендуется разделять на две группы — перспективные и неперспективные». К концу государственной деятельности Хрущева в России исчезло 139 тыс. деревень (13 за день). Провозглашенный же ранее тезис о «сближении города и деревни» предполагал лишь выравнивание уровня жизни, а не уменьшение населения сел.

Не менее пагубным оказалось укрупнение и преобразование колхозов в совхозы с одновременным свертыванием личного подсобного хозяйства. В 1939 г. в стране было 234,1 тыс. колхозов, не считая рыболовецких, и 4 тыс. совхозов. К концу 1965 г. число колхозов сократилось до 36,3 тыс. (в 6,4 раза), количество совхозов выросло до 11,7 тыс. (в 2,9 раза); в них было занято соответственно 18,6 и 8,2 млн человек.

В 1958—1964 гг. размеры приусадебных участков в колхозах сократились на 12% (до 0,29 га), в совхозах — на 28% (до 0,18 га). Производство мяса и молока в личном подсобном хозяйстве упало на 20%. В августе 1958 г. было принято постановление «О запрещении содержания скота в личной собственности граждан, проживающих в городах и рабочих поселках». Оно касалось около 12 млн городских семей, имевших свои огороды, и воспринималось как «малое раскулачивание». Сведение к минимуму мелкого крестьянского хозяйства опустошало важнейший источник поступления продовольствия, недостаток которого страна остро ощутила уже в начале 60-х гг. Все это существенно отразилось на уровне производства продукции сельского хозяйства в целом и на общем настрое жителей деревни, особенно молодежи. В 1960—1964 гг. 7 млн сельчан, включая 6 млн молодых людей (до 29 лет), перебрались на жительство в города. С отставкой Хрущева необоснованные ограничения, касающиеся подсобных хозяйств, были отменены, но это не вернуло людей в село.

Общий баланс успехов и неудач в развитии сельского хозяйства виден из следующих цифр. Сельскохозяйственное производство в СССР за 1951—1955 гг. выросло на 20,5%, в 1956—1960 гг. — на 30%, в 1961—1965 гг. — на 18% (за 3 года 6-й пятилетки — на 32%, в годы семилетки — на 15% вместо запланированных 70%). Среднегодовые темпы прироста валовой продукции сельского хозяйства были значительно ниже, чем в промышленности. В первое из названных пятилетий они составляли 4,1% в год, во второе — 5,7%, в третье — 2,4%. Планы подъема сельского хозяйства выполнить не удалось.

Низкие темпы развития сельского хозяйства замедляли рост национального дохода страны (вновь созданная стоимость во всех отраслях сферы материального производства). Тем не менее 1951—1960 гг. в отечественной истории XX в. оказались рекордными по среднегодовому приросту национального дохода — 10,3%, по официальным данным. На протяжении следующего десятилетия они составляли 7% в год. Альтернативные подсчеты показывают, что в 50-е гг. национальный доход ежегодно возрастал на 9,3%, в 60-е — на 4,2%.

По данным академика Н. П. Федоренко, национальное богатство России в 50-е гг. прирастало в среднем на 10% в год, в 60-е — по 10,5%. В целом хрущевский период характеризуется ежегодным приумножением национального богатства на 9,3%. Объем ВВП в 1964 г. составлял 1205 млрд руб. (в сопоставимых для всего XX в. ценах) и был почти в 3 раза больше, чем в 1952 г., и в 1,6 раза больше, чем в 1959 г.

Результаты могли быть более впечатляющими, если бы не издержки безудержного реформаторства. Несмотря на это, экономическое развитие страны в 50-е гг. по объективным показателям оказалось наиболее успешным в сравнении с другими периодами развития плановой экономики. Рост ВВП в СССР, основой которого стал мощный экономический потенциал, созданный в 30—40-е гг., многократно превосходил рост в таких странах, как США и Великобритания, значительно опережал экономический рост во Франции, был выше, чем в ФРГ, и лишь незначительно уступал экономическому росту Японии. Достижения СССР позволяют, по мнению экономиста Г. И. Ханина, назвать 50-е гг. эпохой «советского экономического чуда».

Социальная сфера. Первая послевоенная перепись населения СССР, проведенная 15 января 1959 г., отразила существенный рост численности жителей страны (на 22,4%). Их насчитывалось 208,8 млн человек против 170,5 млн, зафиксированных на январь 1939 г. В 1962 г. впервые в истории страны численность городского населения (111,2 млн) превысила численность сельских жителей (108,6 млн). Если за четвертое десятилетие XX в. число рабочих и служащих в промышленности выросло в 1,17 раза, то за пятое десятилетие — почти в полтора раза (с 15,3 до 22,3 млн). Рост происходил за счет колхозников и членов городских промысловых артелей (на их долю в 1955 г. приходилось 8% всей промышленной продукции, они оказывали также различные услуги населению). В 1956 г. были переведены в государственную собственность наиболее крупные промартели, а в 1960 г. промкооперация в городах полностью слилась с государственным сектором экономики. Таким образом 1,4 млн бывших членов артелей приобрели статус рабочих и служащих.

Отрадным явлением 50-х гг. стало завершение истории «архипелага ГУЛАГ» с его своеобразной структурой населения. В 1959 г., прошедшим под знаком эйфории по поводу возможностей общественности в охране правопорядка (к этому времени в стране было 84 тыс. добровольных народных дружин, насчитывающих более 2 млн человек), было предложено упразднить общесоюзное Министерство внутренних дел, в структуре которого находился ГУЛАГ. В январе 1960 г. министерство было упразднено, ряд его служб и функций передали в МВД союзных республик.

Приток новых осужденных «контрреволюционеров» в места заключения с середины 50-х гг. сократился, поток освобожденных и реабилитированных усилился. Если на 1 января 1955 г. в лагерях и колониях содержалось 309 тыс. политических заключенных, то к началу 1956 г. — 114, а к апрелю 1959 г. — И тыс., или 1,5% от всего населения ГУЛАГа. Сокращение числа заключенных в лагерях было связано также со смягчением наказаний по уголовным преступлениям. В результате размер подведомственного Главному управлению лагерей МВД «хозяйства» сократился к 1959 г. по сравнению с 1953 г. более чем в 2 раза: в нем насчитывалось 948 тыс. заключенных.

Еще более масштабные изменения в социальную структуру общества вносило сокращение численности таких сограждан, как спец-поселенцы (трудпоселенцы, спецпереселенцы). В 1954 г. сняты ограничения с бывших кулаков, выселенных из своих мест в годы коллективизации, а в 1955 г. спецпоселенцам начали выдавать паспорта, их стали призывать в Советскую армию. Объявлена была амнистия гражданам, сотрудничавшим с оккупантами в годы Великой Отечественной войны. В 1956 г. последовал целый ряд указов, снимавших правовые ограничения с выселенных в годы войны народов.

В 1956—1957 гг. восстановлена государственность чеченцев, ингушей, балкарцев, карачаевцев, калмыков. Поволжских немцев и крымских татар это не коснулось. В 1964 г. был отменен августовский (1941) указ в отношении советских немцев, но лишь в части, содержащей огульные обвинения в пособничестве оккупантам. В 1967 г. подобное обвинение сняли с крымских татар. В конце 60-х гг. процесс реабилитации был свернут.

Развитие народного хозяйства в 1953—1964 гг. позволяло государству направлять все увеличивающуюся часть национального дохода на социальные нужды, улучшать условия труда, повышать заработную плату, продовольственную и товарную обеспеченность населения. В 1955 г. средняя заработная плата рабочих и служащих составляла 71,8 руб. в месяц. В то же время цена на ржаной хлеб равнялась 12 коп. за килограмм, за говядину 1-го сорта — полтора руб. за кг, за литр молока — 22—29 коп. (в зависимости от сезона), яйцо — 70—90 коп. за десяток, картофель — 10 коп. за килограмм, яблоки — 70 коп. — 1 руб. 20 коп. за килограмм, ситец — 53 коп. за погонный метр, чистошерстяная костюмная ткань (бостон) — 37 руб. 60 коп. за метр, кожаные мужские полуботинки — 19 руб. 80 коп. Уже к 1956 г. люди стали покупать по сравнению с началом десятилетия почти в два раза больше мяса и масла, а также одежды и обуви.

После XX съезда эта линия была продолжена. С января 1957 г. повышалась минимальная зарплата на производстве, в строительстве и на транспорте, был установлен необлагаемый минимум заработной платы. В марте 1957 г. снижены налоги на рабочих и служащих. Прекратились внутренние займы, раньше составлявшие минимум месячную зарплату и носившие принудительный характер. В 1956 г. рабочий день рабочих и служащих по субботам и в предпраздничные дни был сокращен на два часа, в 1957-м начался переход на семичасовой рабочий день. Реальные доходы рабочих и служащих с 1950 по 1958 г. выросли в 1,6 раза и увеличивались в последующем. Минимальная зарплата выросла с 40—45 руб. в 1957 г. до 60 в середине 60-х гг.; среднемесячная — с 78 в 1958 г. до 96,5 руб. При этом месячная зарплата промышленных рабочих в 1965 г. равнялась 101,7 руб., инженеров и техников — 148,4 руб., служащих — 85,8 руб.; средний заработок рабочего совхоза (72,4 руб. в месяц) составлял 71,2% от заработка промышленного рабочего. Основную часть семейных расходов горожан составляли затраты на питание — более 50% заработной платы.

Доходы семей несколько возросли с отменой с сентября 1956 г. всех видов оплаты за обучение в школах и вузах, введенной накануне войны, и особенно — в результате радикальной реформы пенсионного законодательства. С июля 1956 г. пенсию могли получать мужчины после 60 лет и женщины — с 55. Размер государственной пенсии составлял от 55 до 100% средней заработной платы, что привело к увеличению пенсий по отдельным группам в два раза и более.

Общее улучшение условий жизни в стране выразилось в увеличении продолжительности жизни. Если в среднем по СССР она составляла в 1926—1927 гг. 44 года, а в 1953—1954 гг. — 63, то в 1958—1959 гг. — 68 лет. По сравнению с дореволюционным временем средняя продолжительность жизни к концу 50-х гг. увеличилась более чем вдвое. В 1896—1897 гг. люди жили в среднем по 32 года.

Настоящей революцией в социальной сфере стало введение пенсий для колхозников. 15 июля 1964 г. Верховный Совет страны принял закон о пенсиях и пособиях членам колхозов, для которых впервые в истории советской деревни устанавливалась государственная система социального обеспечения. Пенсии по старости стали получать мужчины в возрасте 65 лет, женщины — 60. Выплаты проводились из центрального фонда, созданного за счет отчислений колхозов и ежегодных ассигнований из государственного бюджета. До 1964 г. престарелые колхозники и инвалиды получали пенсии от колхозов. Однако пенсионерами была лишь четвертая часть этой категории людей, три четверти из них находились на содержании работающих детей и родственников.

Сумма ежемесячной пенсии рабочих и служащих колебались от 30 до 120 руб., колхозников — от 12 до 15 руб. К 1980 г. пенсионные выплаты колхозникам были увеличены до 28 руб. Считалось, что остальные средства для жизни вышедшие на пенсию колхозники могут получить от подсобного хозяйства. С февраля 1958 г. началась постепенная паспортизация крестьян-колхозников. Паспортный режим в городе и деревне окончательно унифицирован только в 1974 г.

Быстрое развитие промышленности строительных материалов позволило перевести жилищное строительство на индустриальную основу и многократно расширить его масштабы. В 1954 г. специальным решением были осуждены «парадность и украшательство» в архитектуре. В 1954—1957 гг. принимается целая серия решений, направленных на внедрение типового домостроения, символом которого стали московские Черемушки. Стоимость строительства жилья по новому методу уменьшилась на 25%, трудоемкость в 3—4 раза, сроки сдачи — до одного-полутора месяцев. Это позволило в 1958 г. впервые отказаться от планирования «коммуналок» и начать решение вопроса о посемейном расселении в отдельные квартиры.

В этой связи следует отметить огромную сложность решения жилищной проблемы в нашей «холодной» и бедной стране. По своей реальной стоимости городские жилища и после их относительного удешевления были не по карману для большинства населения. Феноменальный рост городов и городского населения, происходивший в СССР с конца 20-х гг., шел в основном за счет строительства государством бесплатного для горожан жилья. Без такой политики не было бы индустриализации и последующих успехов промышленного развития страны.

За 1956—1960 гг. в новые квартиры переселились почти 54 млн человек, что составляло четвертую часть жителей СССР. И хотя со временем дешевое жилье перестало отвечать возросшим потребностям людей, его огромную значимость для своего времени трудно переоценить. Остроту проблемы жилья сглаживали получившие большое распространение недорогие жилищные кооперативы на достаточно льготных условиях, с рассрочкой выплаты всей стоимости квартиры на 15 лет.


Поделиться: