§ 4. ИСКУССТВО

Театр. В XVIII столетии в России довольно широкое развитие получило театральное искусство, которое вышло из тесного круга придворного общества, где к тому же и появлялось-то время от времени. Первый русский профессиональный общедоступный театр был создан в середине XVIII в. в Ярославле Федором Григорьевичем Волковым (1729—1763).

Ему обязаны своим мастерством крупнейшие актеры той эпохи: И. Нырков (Дмитревский), Я. Д. Шумский, А. Попов и др. Выдающимся актером был и сам Ф. Г. Волков, великолепно выступавший в трагедиях А. П. Сумарокова «Хорев», «Сенира», «Синав и Трувор», сочетавший в себе талант трагика и комедийного актера. Выходец из костромского мещанства, Ф. Г. Волков, по свидетельству Н. И. Новикова, «был великолепного, обымчивого и проницательного разума, основательного и здравого рассуждения и редких дарований» человек.

Многогранным талантом обладал друг и преемник Ф. Г. Волкова, виднейший деятель русского театра Дмитревский (И. Нырков). Он был блестящим актером, режиссером, педагогом, успешно выступал как драматург. Дмитревский был избран членом Российской Академии и создал по ее поручению первую историю русского театра. Как актер, Дмитревский был чрезвычайно разнообразен. В 70-х гг. XVIII в. Дмитревский перешел к сентиментальной драме, а в 1782 г. создал образ Стародума в «Недоросле» Д. И. Фонвизина, оставивший глубокое впечатление у современников.

Важную роль играли и любительские публичные театры в Петербурге при Шляхетском корпусе, при Академии художеств, где воспитанием актеров руководил известный комический актер Я. Д. Шумский, в Москве при университете и при Воспитательном доме, где возглавлял труппу И. И. Каллиграф (1775—1778). Помимо этого, любительские труппы разночинцев показывали на зимних и весенних праздниках в российских городах «российские комедии». В 1765 г. в Москве предпринимается попытка создания бесплатного публичного театра «для народа» под надзором полиции, от которой актеры-любители получали по 50 коп. за спектакль. В Белоруссии на народных гуляньях и ярмарках выступали профессиональные труппы.

Постепенно любительские труппы сливаются с частными антрепризами, образуя профессиональные театры. В Москве в 1759—1762 гг. и с 1779 г. вплоть до начала нового века действовал так называемый Российский театр, в 1779—1783 гг. в Петербурге — театр на Царицыном лугу. В 1783 г. открывается многоярусный каменный театр (Большой театр). Тогда же переходит в казну театр К. Книппера, получивший тогда название Малого театра.

Любительские и профессиональные театры возникают в Нижнем Новгороде, Калуге, Харькове, Тамбове, Воронеже, Пензе, Иркутске и других городах России.

К 50—80-м гг. XVIII в. относится возникновение крепостных театров в дворянских усадьбах и городских особняках. В одной лишь Москве их было около пятнадцати. Известнейший театр с великолепной труппой крепостных актеров был у графов П. Б. Шереметева и Н. П. Шереметева в селе Останкине под Москвой. В труппе Н. П. Шереметева играла знаменитая крепостная актриса, певица П. И. Ковалева-Жемчугова (1768—1803). В Гродно Тизенгаузен создал крепостную балетную труппу и оркестр. Были крепостные труппы и у ряда магнатов. На примере жизни крепостных актеров ярко виден ужасающий трагизм положения крепостного интеллигента, подчас широко образованного и одаренного человека, находившегося в полнейшей власти грубого, невежественного помещика-крепостника, который властен был за малейшую ошибку избить его на конюшне батогами, и т. п.

В крестьянской среде в XVIII в. широкое распространение, как и ранее, получила народная устная драма, украинский вертеп и кукольный театр Петрушки. Большой популярностью на Украине пользовался жанр интермедий, а в Белоруссии — кукольный театр-батлейка.

В актерской игре в российском театре XVIII в. наблюдается уже знакомый нам по литературе процесс постепенного отхода от классицизма, появление реалистических тенденций в трактовке ролей. От выспренней декламации стихов трагедий классицизма, от внешней пластики красивых актерских поз намечается переход к созданию живых реалистических образов. Такова эволюция Ф. Г. Волкова и И. Дмитревского. Еще резче это проявилось в игре выдающихся актеров более позднего поколения: П. А. Плавильщикова (1760—1812), С. Н. Сандунова (1756—1820), А. М. Крутицкого (ум. 1803), А. М. Мусиной-Пушкиной и др.

Музыка. Интересную эволюцию в XVIII в. претерпевает музыкальное творчество. Пожалуй, нигде так ярко не проявилось ведущее влияние народных музыкальных традиций, как в русской музыке XVIII столетия.

В дворянской среде широкое распространение получила русская народная песня, а особенно — стилизация под народный склад песни. Впервые появляются и широко расходятся печатные песенники русских и украинских народных песен (В. Ф. Трутовского, И. Мейера, И. Прача и др.). В 80-х гг. XVIII в. создается опубликованный в 1818 г. знаменитый сборник Кирши Данилова с записью напевов русского народного эпоса.

К 70-м гг. XVIII столетия относится формирование русской национальной оперы (главным образом комической), также испытывавшей сильное влияние песенного фольклора. Таковы оперы сына солдата Е. И. Фомина (1762—1800) «Ямщики на подставе», «Санкт-Петербургский гостиный двор» В. А. Пашкевича, «Мельник — колдун, обманщик и сват» и оперные обработки М. М. Соколовского.

Наряду с оперой появляется камерная и инструментальная музыка, представителями которой был крепостной И. Е. Хандошкин, известный прекрасными и многочисленными вариациями на русские темы, и украинский композитор Д. С. Бортнянский, автор интересных клавирных сонат и церковных хоров.

Одной из наиболее ярких страниц в истории российского искусства является изобразительное искусство XVIII столетия. После петровских реформ его светская направленность твердо встала на ноги. Изобразительное искусство этой эпохи во многом носит торжественно-праздничный характер, отличается необыкновенной пышностью, игрою красок, форм и линий. Оно словно отражает рост и могущество грандиозной империи под властью абсолютного монарха.

Архитектура. С наибольшей полнотой эти особенности передает русское зодчество, которое дало России немало произведений мирового значения. Наиболее ярким талантом середины столетия был Ф. Б. Растрелли (1700—1771). По происхождению итальянец, Ф. Б. Растрелли родился и жил в Париже. В Россию приехал 16-летним мальчиком вместе с отцом, известным скульптором Петровской эпохи. Среди основных его работ: дворец в Петергофе, дворцовый ансамбль в Царском Селе, Смольный монастырь под Петербургом, четвертый Зимний дворец в Петербурге, особняки Воронцова и Строганова в Петербурге, проект Андреевского собора в Киеве. Блестящему таланту Растрелли, глубоко впитавшему национальные особенности русской культуры, удавалось буквально все. Он строил пышные дворцы, храмы, павильоны, загородные комплексы и т. п.

Петергофский дворец по своей конструкции, типичной для петровского времени, состоит из боковых каменных флигелей, соединенных с центральным зданием крытыми галереями. Перед дворцом разбит огромный парадный двор. Архитектура этого здания еще довольно скромна. Она носит плоскостной характер, так как основным элементом ее служат плоские пилястры (полуколонны). Фантазия архитектора нашла простор в завершении боковых павильонов изумительными пышными куполами с луковичными главами, придающими всему ансамблю весьма торжественный вид.

В полном блеске творчество Растрелли развернулось при перестройке Царскосельского дворца. Архитектор применил здесь смелое решение. Из конструкции, напоминавшей Петергофский дворец, надстройкой галерей он резко вытянул весь фасад дворца, придав ему поистине грандиозный размах (длина его около 300 м). Вместе с тем архитектор сделал протяженность дворца весьма разнообразной, выделив пять основных корпусов, соединенных крытыми галереями. Великолепна внешняя архитектура дворца, где применена игра этажей по вертикали. Яркой конструктивной особенностью интерьера является торжественная анфилада залов, уходящая в бесконечность.

Лебединой песней архитектора явился Зимний дворец в Петербурге. Грандиозный, прямоугольный в плане дворец имеет внутренний двор. Растянутость дворца вдоль величественной набережной Невы и великолепной Дворцовой площади вовсе не делает его приземистым. Наоборот, дворец поражает сочетанием своей мощи, грандиозности со стремительностью вверх. Растрелли щедро применил во внешнем декоре дворца такой элемент, как колонны. Самые разнообразные, они живописно образуют стройные вертикальные линии, завершаемые изящными скульптурами, как бы тающими в воздухе. Построенный, по словам Растрелли, «для славы российской», Зимний дворец — наиболее выдающееся творение парадной архитектуры русского классицизма.

Дворцово-парковая архитектура представлена и такими архитекторами, как Ф. С. Аргунов, воздвигнувший в загородном ансамбле усадьбы Шереметевых в Кускове (под Москвой) множество павильонов в затейливо-барочном стиле, А. Ринальди, построивший дворец К. Разумовского в Батурине, «Китайский дворец» и Катальную горку в Ораниенбауме, где четко определился так называемый стиль рококо, с его множественными измельченными декоративными элементами. Ринальди построил также дворец в Гатчине и Мраморный дворец в Петербурге. В этих постройках уже сказывается наметившийся в русской архитектуре переход к лаконичному стилю так называемого неоклассицизма, творчески переработавшего античное наследие.

Во второй половине XVIII в. появляется ряд крупнейших талантливых русских зодчих, среди которых в первую очередь следует упомянуть В. И. Баженова, М. Ф. Казакова, И. Е. Старова. В их деятельности русский классицизм обрел свои основные черты.

Василий Иванович Баженов (1737—1799) — великий русский зодчий, один из первых представителей русского неоклассицизма. Сын дьячка села Дольского Калужской губернии, с 1754 г. он учился в гимназии Московского университета, а с 1758 г. обучался живописи в Академии художеств. В 1760 г. Баженов был отправлен «пенсионером» в Париж, а в 1762—1764 гг. работал в Италии, где участвовал в проектировании Капитолийской лестницы в Риме. В этот период Баженова избирают профессором Римской академии, а Болонская и Флорентийская академии — действительным членом. Его работы, выполненные в моделях, вызывают всеобщее восхищение. В 1765 г. по возвращении в Петербург «пенсионер» Елизаветы был встречен враждебно. Его способности подверглись «проверке». Хотя Баженов получил в Петербурге диплом академика, профессором его все-таки не избрали. Его проект грандиозного дворца в Московском Кремле был одобрен, но не осуществлен. Вторая его работа — проектирование и строительство царского загородного дворца в селе Царицыно под Москвой — была доведена до окончания постройки, но по приказу Екатерины II разрушена. Долгие годы великий Баженов выполнял заказы частных лиц и только в 90-е гг. XVIII в. создал проект Михайловского замка, построенного для Павла I в 1797—1800 гг. архитектором В. Ф. Бренна.

Творчество В. И. Баженова характерно своей яркой новизной, «непохожестью» на архитектуру середины столетия. Для неоклассицизма этого зодчего свойственно глубокое уважение античной классики с ее строгостью линий и продуманностью форм, но одновременно он широко применяет новые круглые и овальные архитектурные объемы. Баженов обильно применял колоннаду в качестве декоративных элементов фасадов, гирлянды, барельефы и т. п. Вместе с тем его дворцам присуща спокойная монументальность. Неоклассицизм Баженова надолго определил пути развития русской архитектуры.

В загородном царицынском дворце великий зодчий проявил иную манеру. Здесь В. И. Баженов дал первый пример так называемой русской псевдоготики, сочетая во внешнем декоре старомосковское узорочье, кокошники, колонны-дудочки и готические фиалы с изогнутыми стенами, стрельчатые проемы дверей и т. п. Вместе с тем это была отнюдь не стилизация под старину, а подлинно современное строение. Среди его частных заказов в Москве выдающееся значение имеет шедевр русского классицизма XVIII в. — дом Пашкова.

Наряду с дворцово-парковой архитектурой в XVIII столетии все большее значение приобретает строительство зданий общественного назначения. Одной из первых построек подобного типа является знаменитое Адмиралтейство в Петербурге, созданное русским архитектором И. К. Коробовым (1700—1747). Архитектор создал новые корпуса, а над аркой главного здания возвел знаменитую золоченую «адмиралтейскую иглу» (шпиль), сделав этот архитектурный элемент органической частью строящегося городского ансамбля. В Петербурге в 1764—1783 гг. сооружается здание Академии художеств, выполненное архитектором А. Ф. Кокориновым в стиле неоклассицизма.

В строительство крупных общественных сооружений в Москве большой вклад внес великий русский зодчий М. Ф. Казаков (1738—1812). Сын подканцеляриста, Казаков родился и вырос в Москве. Еще мальчиком он работал и учился у д. в. Ухтомского. В 1760 г. курс обучения Казакова был закончен, он стал «прапорщиком архитектуры». Основные его работы: Путевой дворец в Твери, здание Сената в Московском Кремле, Петровский дворец в Москве, здания Московского университета, Благородного собрания, Голицынской больницы, множество частных домов в Москве.

Будучи одним из учеников и почитателей В. И. Баженова, М. Ф. Казаков продолжил совершенствование тех особенностей русского неоклассицизма, которые внес в архитектуру Баженов. В совершенстве овладев античным наследием с его ордером, строгой гармоничностью пропорций и пластикой форм, великий зодчий вносит вместе с тем свое творческое начало, сделав неоклассицизм еще более строгим и простым. Замечательный пример творчества Казакова — Сенатское здание в Московском Кремле. Оно решено (впрочем, из-за места, отведенного для постройки) в виде равнобедренного треугольника с внутренним двором. Архитектурным центром здания служит грандиозный купол над ротондой, помещенной над кремлевской стеной в центре Красной площади. Огромный размах купола сам по себе был невиданным техническим новшеством. Не менее интересен Петровский подъездной дворец, решенный в стиле псевдоготики.

В строительстве общественных зданий в Москве еще долго применяется так называемый усадебный принцип с парадным двором перед зданием. Многие постройки М. Ф. Казакова (Голицынская больница, Московский университет и др.) решены в таком плане. В этих и во многих других зданиях проявился особый вкус Казакова к купольным ротондам, явившимся великолепным декоративным завершением всех его зданий. Особое место в творчестве Казакова занимает здание Благородного собрания. Оно перестроено зодчим из дома Долгоруких в 1784 г. Душою этого здания явился великолепный колонный зал, воспетый А. С. Пушкиным. Это творение М. Ф. Казакова — поистине жемчужина русской архитектуры этой поры.

Лучшей постройкой И. Е. Старова (1744—1808) был дворец Г. А. Потемкина в Петербурге, более известный как Таврический дворец. В его конструкции центром является дорический портик и купол здания. И. Е. Старов в отличие от своих предшественников стены здания сделал совершенно гладкими. Великолепие дворцу придают широко распахнутые крылья. Чудесны внутренние покои дворца, где талантливый зодчий применял уникальный прием для разделения парадных залов — вместо стен здесь применена двойная прозрачная колоннада.

Одновременно с русскими зодчими в России успешно работали и иностранцы. Среди них наиболее талантливыми были шотландец Чарльз Камерон (1730—1812), итальянец Джакомо Кваренги (1744—1817).

Выдающимся памятником зодчества, созданным крепостными мастерами, является деревянный дворец Шереметевых в селе Останкине под Москвой, где работали такие мастера, как A. Ф. Миронов, Г. Е. Дикушин, П. И. Аргунов.

Живопись и скульптура. Интересные достижения в XVIII столетии были и в области живописи. Своеобразную эволюцию переживает в этот период жанр портретной живописи, где сквозь официальную парадность постепенно прорывается психологизм и реальность в изображении характера человека. Жизненная правда уже пробивается в портретах Алексея Петровича Антропова (1716—1795), солдатского сына по своему происхождению. В частности, в рамках жанра народного портрета он сумел воссоздать весьма реалистический портрет Петра III (1762). В портрете А. М. Измайловой перед нами предстает довольно чопорная нарумяненная старуха. Успешно работал в жанре портрета крепостной художник Шереметева Иван Петрович Аргунов (1727—1802). Яркие реалистические характеристики даны им в портретах П. Б. Шереметева, B. А. Шереметевой, Хрипуновых и т. д.

Дальнейшим шагом в развитии этого жанра явилось искусство Ф. С. Рокотова (1736—1808). Наряду с пышным парадным портретом в творчестве Рокотова появляется портрет неофициальный, интимный, все внимание в котором обращено не на пышные одежды, а на лицо человека. Именно таким является портрет поэта В. И. Майкова.

Многообразно и широко представлено творчество Д. Г. Левицкого (1735—1822). Украинец, получивший живописное образование в Киеве у отца-гравера, Левицкий завершает его в Петербурге у А. П. Антропова. Парадные портреты этого художника наполнены великолепием разнообразнейших одежд и материалов. Но вместе с тем живописец умеет в рамках условных поз и жестов показать реальные черточки характера, разрушая тем самым показную монументальность и парадность образа. Таков портрет богатейшего заводчика П. А. Демидова. Такова серия портретов благородных воспитанниц Смольного института — подростков-девочек в роли светских дам (портреты Е. И. Нелидовой, Е. Н. Хрущовой и др.)

Продолжателем традиций Левицкого был другой выходец из Украины В. Л. Боровиковский (1757—1825). В его портретах искусство психологизма достигло большой высоты. Мастер изображения человеческих чувств, Боровиковский близок к сентиментализму. Таков портрет мечтательной и томной М. И. Лопухиной — один из лучших образцов этого жанра, портрет царицы Екатерины II, гуляющей в саду в простой одежде, без всяких признаков ее царственного положения.

В Академии художеств в круге задач преподавания живописного искусства в XVIII столетии меньше всего имелся в виду жанр портретной живописи. Он был тогда сугубо второстепенным, в то время как жанру исторической живописи придавалось главное внимание. Это и не удивительно, ибо этот жанр лучше всего мог реализовать задачу изображения высокой патетики классицизма. В исторической живописи постоянными героями были действующие лица героических мифов античности (например, картина А. П. Лосенко (1737—1773) «Прощание Гектора с Андромахой» и т. п.). Художники привлекали героические сюжеты и из русской истории. Примером здесь могут служить картины того же Лосенко «Владимир и Рогнеда» и Г. И. Угрюмова (1764—1823) «Испытание силы Яна Усмаря». В последней изображен простой воин, остановивший бег разъяренного быка. Воин как бы доказывает, что он достоин сразиться с вражеским печенежским богатырем.

Наряду с исторической живописью развивается и пейзажная, обнимающая сельский, часто античный, и современный городской пейзаж.

Наконец, в XVIII столетии получает начало своего развития и жанровая живопись. В этой живописи ранее всего появляется крестьянская тема. Однако решается она у разных художников по-разному. У одних это слащавые изображения «поселян», а у других — глубокие проникновенные характеристики сельских тружеников. В числе последних следует назвать таких интересных художников, как Михаил Шибанов, крепостной Г. А. Потемкина («Крестьянский обед», «Сговор» и др.), а также И. А. Ерменев.

Наконец, нельзя не упомянуть о великолепных достижениях русских скульпторов XVIII столетия, среди которых были таланты потрясающей силы. В числе первых стоит знаменитый земляк М. В. Ломоносова Федор Иванович Шубин (1740—1805). Тенденции реализма, острая портретная характеристика четко и рельефно выражены в его творчестве. Шубин создал изумительный по вдохновению образ М. В. Ломоносова. Широко известны его скульптурные портреты скептика-аристократа А. М. Голицына, талантливого и сурового воина-полководца 3. Г. Чернышева и его брата-тупицы И. Г. Чернышева и, конечно же, скульптурный портрет Павла I.

В области декоративной скульптуры в эту эпоху работала целая плеяда выдающихся мастеров. Это Ф. Г. Гордеев, М. И. Козловский, И. П. Прокофьев, Ф. Ф. Щедрин, И. П. Мартос, создавшие замечательные образцы декоративной и монументальной скульптуры. Особо следует отметить памятник Петру I, созданный французским скульптором Э. М. Фальконе (1716—1791). Это произведение огромного пафоса и могучей титанической силы. Петр I изображен всадником, стремительно осадившим скакуна на самом обрыве крутой скалы. Это образ могучего властелина, готового растоптать все мешающее на пути преобразований. Замечательный Медный всадник Фальконе стал неотъемлемой частью Петербурга.


Поделиться: