§ 3. ВОСТОЧНЫЙ ВОПРОС И РУССКО-ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА 1735-1739 гг.

На юге России тем временем давно уже складывалась сложнейшая и опасная обстановка.

Здесь необходимо вернуться назад, к первым годам после смерти Петра I, к его наследию в виде итогов Каспийского похода. Экономическое развитие огромного государства требовало выхода к Черному морю для налаживания регулярных торговых связей с Европой и странами Ближнего Востока. Юго-восточные окраины России развивались главным образом по линии традиционных торговых связей с Востоком. Султанская Турция, подвергая постоянной угрозе южные окраины Европейской России и ведя успешную борьбу с Персией, грозила перерезать все торговые пути на Восток. Так возник вопрос о прикаспийских провинциях. Поход Петра I дал России обширные территории на западном и южном побережье Каспия. Однако экспансия Турции в Закавказье и в Персии грозила потерей для России не только их, но и всех ее юго-восточных владений вплоть до Астрахани. Это было чревато огромным политическим и экономическим ущербом. Экспансию Турции активно поощряли, с одной стороны, Англия, имевшая в Персии свои интересы, а с другой — Франция, не желавшая прежде всего укрепления России в Причерноморье. Не прочь была обострить отношения России с Турцией и Швеция. В персидско-турецком конфликте 1723—1727 гг. Россия заняла сторону Персии.

Война Персии и Турции. Позиция России. Персидское государство переживало в этот период тяжелую внутреннюю усобицу между афганцем Ашрафом, захватившим столицу Исфахан и трон, и законным шахом Тахмаспом. Вероломная Турция тем временем занимала одну персидскую провинцию за другой. На предупреждение России о том, что захваты Турции приближаются к русским владениям, а этого Россия не потерпит, великий визирь цинично отвечал: «Сами вы ничего не делаете и Порте советуете, чтоб сложа руки сидела». Таким образом, позиция Турции была откровенна до предела. И тем не менее Россия выжидала, хотя армяне неоднократно просили русской помощи в борьбе с турками.

В 1725 г. в турецко-персидской войне произошел перелом. Султанские войска были изгнаны из Армении, потерпели ряд поражений в Персии и были оттеснены к берегам Тигра. В итоге был заключен мир, чему, как ни странно, способствовала Франция, и способствовала во имя одного: переключить силы Турции на Россию. Ей в этом помогали и Англия, и Швеция. Однако Турция, опасаясь за захваченную ею Грузию, пока воздерживалась от конфликта с Россией. Тем временем новый персидский шах Ашраф согласился на утверждение договора 1723 г., т. е. примирился с отходом к России всех территорий, захваченных Петром I. Правда, Россия вернула добровольно Персии провинции Мазендаран и Астрабад. Этот редко встречающийся в истории акт был подсказан следующим: 1) целесообразностью возврата их Персии, а не захвата их Турцией, 2) для укрепления этих территорий России нужны были большие средства, а их не было. Взамен этих потерь по договору 1729 г. Россия получала свободную торговлю через Персию с Индией и Бухарой. Однако, едва договорившись с Ашрафом, России пришлось вести заново вторичные переговоры с вернувшимся на шахский престол Тахмаспом, который с помощью своего полководца Надира изгнал афганцев. В итоге этих переговоров по Рештскому договору 1732 г. Россия передавала Персии не только Мазендаран и Астрабад, но и Гилян. Более того, в тексте договора было обещано в дальнейшем вернуть и Баку, и Дербент.

Наконец, после очередного свержения Тахмаспа и разгрома турок в ирано-турецкой войне 1730—1736 гг. с новым шахом Надиром России пришлось в третий раз вести переговоры по тем же вопросам. Теперь пришлось уже не обещать, а отдать окрепшей Персии по условиям нового Гянджинского договора 1735 г. и Баку, и Дербент, и крепость Святого Креста с территорией на север от нее вплоть до р. Терек. Торговые привилегии за Россией сохранились, и тем не менее в целом это было отступление российской дипломатии, слишком глубоко увязшей в борьбе за «Польское наследство». К тому же в русско-персидских договорах 1732 и 1735 гг. Персия в случае войны России с Турцией обязывалась действовать против турок.

Российско-турецкое противостояние в борьбе за Крым. Турция и ее сильнейший форпост — Крымское ханство издавна вели постоянную агрессивную политику по отношению к России. Давно пало татарское иго. Русское государство стало могучим и независимым. Но его южные границы в широких просторах степей, полностью лишенных каких-либо естественных преград, были слабейшим и легко уязвимым местом. Парадокс развития заключался в том, что с освоением безлюдных степных просторов крестьянской мирной колонизацией, с развитием земледелия в этих краях, с увеличением плотности населения ущерб, наносимый грабительскими набегами татарской конницы, не уменьшался. Каждый такой набег уносил тысячи русских пленных, уводимых в рабство. В 1725—1735 гг. набегам неоднократно подвергались территории вокруг Полтавы, Миргорода, Бахмута и других районов. Страдали от набегов Дон, Правобережная Украина, степное Предкавказье и т. д. Борьба с сильнейшей конницей крымского хана, с огромной армией султанской Турции была долгой, тяжелой и изнурительной, унесшей сотни тысяч русских солдат. Вместе с тем эта борьба была жизненно необходима.

После смерти Петра I на южных границах России армия была растянута в гигантскую нить. Этот тонкий кордон был легко пробиваем, пожалуй, в любом месте, и для предупреждения внезапных набегов татарской конницы крайне необходимы были форпосты. Один из таких важнейших форпостов — Азов — был потерян по Прутскому договору 1711 г. Разумеется, кардинальным решением вопроса была бы ликвидация агрессии Крыма. Но это было в ту пору почти невыполнимой задачей. Крым представлял собою естественную неприступную крепость. Во-первых, он был отделен от земледельческих окраин России широкой каймой безводных жарких степей, пройти которые само по себе крайне трудно. Во-вторых, с севера территория Крыма, как известно, неприступна для враждебных войск — узкий перешеек, соединяющий полуостров с материком, был превращен в сплошную крепость с валом в 7 верст длиной и глубоким рвом и имел одни-единственные ворота. В-третьих, за Перекопским валом вновь шла безводная степная часть Крыма, завершавшаяся горной местностью. Даже если проникнуть внутрь полуострова, крайне трудно было устроить генеральное сражение: татарские конники ускользали в горы. А ведь в ту эпоху вопрос окончательной победы — это вопрос о генеральном сражении.

После заключения Гянджинского договора 1735 г. первым действием Турции была попытка захватить у Персии каспийские земли. Но тут уж позиция русской дипломатии стала непримиримой. Когда стало известно о том, что по приказу султана крымский хан со своим 20-тысячным полчищем должен пройти к Каспию через Северный Кавказ, русский посланник в Константинополе И. И. Неплюев передал визирю многозначительно: «Я не ручаюсь за последствия, если татары не переменят этой дороги и коснутся земель ее величества». Но татары все-таки совершили свой переход, пройдя русскими владениями и имея сражения с пограничными войсками. Вскоре стало известно о предстоящем новом переходе 70-тысячного войска крымских татар. Таким образом, конфликт был налицо, и из Петербурга был дан приказ войскам о походе на Крым.

Осенью 1735 г. корпус генерала М. И. Леонтьева спешно ринулся было к Крыму в тот момент, когда полчища Каплан-Гирея двигались к Дербенту. Однако плохо подготовленное войско еле двигалось, и, потеряв тысячи людей и лошадей от болезней и голода, М. И. Леонтьев вернулся, не дойдя до Перекопских укреплений.

В следующем, 1736 г. военные действия возглавил фельдмаршал Б. X. Миних. Поход был более подготовлен — на пути к Перекопу оборудованы опорные пункты. Оставив резерв в Казыкермене, Б. X. Миних, построив свыше 50 тыс. войска в нескладнейший гигантский четырехугольник с обозом в середине, едва двигался к Перекопу, отбивая постоянные мелкие налеты татар. В конце концов лавина русских солдат смяла Перекопские укрепления. В мае 1736 г. Б. X. Миних, оставив небольшой гарнизон у Перекопа, пошел внутрь полуострова. Вскоре была взята столица татар Бахчисарай и город Султан-Сарай. Но Б. X. Миних не одержал ни одной серьезной победы, так как главные силы татар ускользнули. Истощенные жарой и нехваткой продовольствия русские войска, не рискуя оказаться запертыми с севера возвращавшимся с Кавказа крымским ханом, покинули Крым, потеряв только от болезней почти половину состава, т. е. около 25 тыс. человек.

В 1736 г. кроме крымского похода развернулась осада Азова. В марте были взяты две наблюдательные каланчи, что были на берегах Дона вверх по течению от крепости Азов, и форт Лютик. Затем в течение двух месяцев русские войска, которых было свыше 20 тыс., возводили осадные укрепления. К середине июня часть сооружений крепости была уже в руках русских.

Азов был обречен, и комендант Мустафа-ага сдал крепость на милость победителя.

В 1737 г. Россия сделала два главных удара: поход в Крым П. П. Ласси и действия Б. X. Миниха по освобождению Бессарабии. В июле 1737 г. сильно ослабленная при плохо подготовленном походе через степь 90-тысячная армия Миниха стала осаждать крепость Очаков. Беззаботный главнокомандующий, не проведя даже элементарной разведки укреплений, бросил солдат на штурм. Только отвагой солдат крепость Очаков была в итоге взята. Но потери были огромны, и вновь не столько боевые, сколько из-за болезней и голода. Наступление заглохло.

В это же время П. П. Ласси с 40-тысячным войском проник в Крым, перейдя вброд и на плотах Гнилое море (Сиваш). После ряда крупных сражений с татарским ханом русская армия взяла Карасу-Базар. Но жара и безводная степь вынудили Ласси вновь оставить Крым.

Австрия начала военные действия лишь летом 1737 г. Главная цель — захват Молдавии и Валахии, дабы не допустить русских к Дунаю. Другой удар по Турции должен был состояться в Боснии, которую Австрия была намерена присоединить к себе. В Боснии успехи австрийцев были незначительны. В Валахии они взяли ряд городов. Из Белграда третья часть армии двигалась по Дунаю и осадила г. Видин.

Серьезные потери и крымских татар и турок заставили последних выступить с мирной инициативой. В местечке Немирове в августе 1737 г. собрался конгресс воюющих сторон — Турции, России и Австрии. Конгресс окончился безрезультатно. Война продолжалась. В 1738 г. русские войска в третий раз вступили в Крым и снова из-за бескормицы и отсутствия воды вынуждены были его покинуть. Летом 1738 г. 100-тысячная армия Б. X. Миниха попыталась проникнуть за р. Днестр, но поход оказался неудачным, и Миних ушел к Киеву. В сентябре из-за жестокой эпидемии чумы русские войска оставили удерживаемые до тех пор Очаков и Кинбурн.

Снова начались переговоры, но теперь уже надвигалась новая опасность с севера. Франция и Турция вели дипломатическую подготовку нападения на Россию Швеции. В этих условиях А. И. Остерман готов был вернуть Турции Очаков и Кинбурн, оставив за Россией лишь Азов. Австрия уже сама нуждалась в русской помощи.

Весной 1739 г. состоялась последняя попытка России и Австрии оружием вырвать «пристойный мир». Армия Б. X. Миниха двинулась к Хотину через Черновицы и 17 августа 1739 г. встретила войска Вели-паши под Ставучанами. Сражение было выиграно благодаря отваге солдат и умелому действию ряда генералов (например. А. И. Румянцева и др.). Вскоре сдался и Хотин, русские вступили в Молдавию. Это привело к добровольному переходу Молдавии в российское подданство с сохранением внутренней самостоятельности. С молдавской депутацией 5 сентября 1739 г. был заключен договор.

Тем временем Австрия, терпя одно поражение за другим, заключила с Турцией сепаратный мир, изменив всем договоренностям с Россией. В этих условиях Россия вынуждена была пойти на заключение мира, отдав почти все, что с такими жертвами было завоевано. Азов остался за Россией, но все его укрепления были срыты. Россия не могла держать корабли ни на Черном, ни на Азовском морях.


Поделиться: