§ 22. Человек и война

Материалы и задания к уроку-практикуму

«Человек и война» — сложная, многоаспектная проблема. Предлагаемая подборка документов по истории Великой Отечественной войны охватывает лишь некоторые ее аспекты: политику Германии на оккупированных территориях, поведение человека на фронте и в тылу, в условиях оккупации и плена. Отвечая на вопросы урока, попытайтесь представить, как бы вы повели себя в той или иной ситуации.

Оккупационный режим: идеология и практика

Наряду с планом военной кампании против СССР фашистами с позиций расовой идеологии был разработан и план послевоенного обустройства на захваченной территории — генеральный план «ОСТ». Он предусматривал самые человеконенавистнические акции: уничтожение (предполагалось, в частности, истребить 30 млн русских, всех евреев и цыган), выселение (например, 31 млн человек с территории Польши и западных районов СССР в Западную Сибирь) и онемечивание части населения.

Задания

Внимательно прочитайте приведенные ниже документы и ответьте на предлагаемые вопросы.

1. Какие цели преследовала политика гитлеровской Германии на оккупированных советских территориях?

2. Каким представлялся идеологам фашизма «идеальный облик» жителей на захваченных территориях?

3. Какими терминами из политического лексикона можно определить эту политику?

4. В какой степени гитлеровскому режиму удалось претворить в жизнь свои планы расового господства на оккупированных советских территориях?

«Я надеюсь, что нам удастся полностью уничтожить понятие “евреи”, так как существует возможность массового переселения всех евреев в Африку или в какую-нибудь другую колонию. Несколько времени потребуется для того, чтобы на нашей территории исчезли такие народности, как украинцы, гораки и лужичане [гораки (горцы) — субэтническая группа в Чехии, лужичане — славянский народ, живущий в Восточной части Германии. — Авт.]. Все, что было сказано об этих отдельных народностях, в еще большей степени относится к полякам...

<...> Для не немецкого населения восточных областей не должно быть высших школ. Для него достаточно наличия четырехклассной народной школы. Целью обучения в этой народной школе должно быть только: простой счет, самое большее до 500, умение расписаться, внушение, что божественная заповедь заключается в том, чтобы повиноваться немцам, быть честным, старательным и послушным. Умение читать я считаю ненужным».

Из записки Г. Гиммлера «Некоторые соображения об обращении с местным населением восточных областей» // Комсомольская правда. 1960. 20 января.

«Важно, чтобы на русской территории население в своем большинстве состояло из людей примитивного полуевропейского типа. Оно не доставит много забот для германского руководства. Эта масса расово неполноценных, тупых людей нуждается, как свидетельствует вековая история этих областей, в руководстве...

<...> Целью немецкой политики по отношению к населению на русской территории будет являться доведение рождаемости русских до более низкого уровня, чем у немцев. То же самое относится, между прочим, к чрезвычайно плодовитым народам Кавказа, а в будущем частично и к Украине...

<...> Следует пропагандировать также добровольную стерилизацию, не допускать борьбы за снижение смертности младенцев, не разрешать обучение матерей уходу за грудными детьми и профилактическим мерам против детских болезней...

<...> Для нас, немцев, важно ослабить русский народ в такой степени, чтобы он не был больше в состоянии помешать нам установить немецкое господство в Европе».

Из замечаний и предложений по плану «ОСТ» начальника отдела 1-го главного политического управления «восточного министерства» доктора Ветцеля «К вопросу о будущем обращении с русским населением». 27 апреля 1942 г. // Там же.

«Примерно 10 км севернее Брянска мы проезжали мимо горящей кучи тел, из которой еще вырывались крики сжигаемых жертв. Вокруг стояло гражданское население, люди плакали, кричали от ужаса и причитали.

<...> Я спросил солдата: и вы их так просто сжигаете?

— А что же с ними еще делать, с русскими, — ответил солдат, — не хватит деревьев, чтобы можно было бы их перевешать».

Из показаний пленного обер-ефрейтора Арно Швагера // Независимая газета.

Приложение «Хранить вечно». 2001. 22 июня.

<...> Немцы вовсе не думают готовить наших русских детей на получение среднего или высшего образования — немцы думают воспитать из них молодежь, физически пригодную для работы в немецком с/х.

В замечаниях по изучению отдельных предметов говорится:

Немецкий язык: «Дети должны научиться изъясняться по-немецки в повседневной жизни».

Русский язык: «Кончая 4-й класс, ученик должен быть в состоянии плавно, с выражением читать русскую книгу или газету...»

Арифметика: <...> «Кончая 4-й класс, дети должны быть в состоянии решать 4 основных действия с любыми полными числами».

Из доклада представителя Центрального штаба партизанского движения на Калининском фронте 29 августа 1943 г. // Там же.

Примечание. Большую часть людских потерь СССР составили мирные жители, погибшие на временно оккупированных территориях. Поголовному истреблению подверглись евреи и цыгане.

Поведение человека в условиях оккупации

Для тех, кто волею судьбы оказался на оккупированной фашистами территории или попал к ним в плен, вставала проблема личного выбора: участвовать в той или иной форме в борьбе с захватчиками (активное и пассивное сопротивление) или сотрудничать с ними.

Задания

1. Какие варианты поведения людей на оккупированных землях отражены в документах, представленных ниже? Подумайте, чем оно определялось.

2. Чем, на ваш взгляд, обусловливался выбор людьми той или иной общественной позиции?

3. Проанализируйте обращение так называемого Русского комитета. Какие цели в нем провозглашались? На что рассчитывали его авторы?

«Существующие сейчас партизанские отряды не должны замыкаться, а втягивать в партизанскую борьбу все более широкие слои населения. Нужно, наряду с организацией новых партизанских отрядов, создавать среди населения проверенные партизанские резервы, из которых и черпать пополнения или формировать дополнительно новые отряды. Нужно повести дело так, чтобы не было ни одного города, села, населенного пункта на временно оккупированной территории, где бы не существовало в скрытом виде боевого резерва партизанского движения».

Из приказа № 00189 «О задачах партизанского движения» от 5 сент. 1942 года.

«1) С самого начала военной кампании против Советской России во всех оккупированных Германией областях возникло коммунистическое повстанческое движение. Это движение носит различный характер, начиная с пропагандистских выступлений и покушений на отдельных военнослужащих немецкой армии и кончая открытыми мятежами и организованной партизанской войной. <...>

Оккупационные плакаты: фашистские посулы свободы

2) Фюрер приказал применять повсюду самые решительные меры для того, чтобы в кратчайшие сроки подавить это движение...

При этом следует иметь в виду, что человеческая жизнь в соответствующих странах в большинстве случаев не имеет никакой цены и что устрашающего действия можно добиться лишь с помощью исключительно жестоких мер».

Из приказа генерал-фельдмаршала В. Кейтеля от 16 сентября 1941 г. // Независимая газета. Приложение «Хранить вечно». 2001. 22 июня.

«Гораздо большей опасностью, чем активное сопротивление партизан, является пассивное сопротивление — трудовой саботаж, в преодолении которого мы имеем еще меньше шансов на успех».

Из донесения начальника диверсионной службы вермахта на южном участке советско-германского фронта Г. Оберлендера. Октябрь 1941 г. // Там же.

«Поднимали людей на борьбу не только политические убеждения. Большинство боролись за освобождение родины, против нацистского “нового порядка”, многие стремились защитить или отомстить за своих родных и близких или облегчить борьбу сыновей, ушедших в Красную Армию, и т. д. Побудительные мотивы были различны, но все отстаивали честь и достоинство страны.

Некоторые историки считают, что возникновение и усиление сопротивления оккупантам было лишь ответом на жестокое обращение с местным населением, что, мол, у него не было другого выбора, как идти к партизанам. Они не учитывают, что оккупанты проводили политику кнута и пряника, скрывали свои планы превращения СССР в колонию третьего рейха и массового уничтожения его населения, вели пропаганду о том, что Германия ведет войну якобы во имя неких “освободительных целей”».

Кульков Е., Мягков М., Ржешевский О.

Война 1941—1945. Факты и документы. М., 2001.

«Кроме грузинского и армянского легионов, в районе Моздока оперирует так называемый Кавказский батальон... <...> По национальному составу смешанный: 1-я рота — грузины и немцы, 2-я рота — смешанные национальности Дагестана, 3-я рота — азербайджанцы и немцы, 4-я рота — грузины и армяне, 5-я рота — штабная, укомплектована была белоэмигрантами (около 30 человек). Командный состав штабной роты целиком состоял из немцев.

<...> Немцы обещали солдатам после взятия Кавказа самоуправление и землю. Солдаты же азербайджанцы, армяне и грузины говорили между собой, что им незачем воевать за немцев и стрелять в своих братьев, но, боясь расстрела со стороны русских, они не переходят на сторону Красной Армии...

В Польше формировались также азербайджанский, узбекский, казахский, русский и украинский легионы».

Из докладной записки командующему войсками Закавказского фронта генералу армии И. В. Тюленеву о национальных формированиях в составе германской армии (не ранее 12 октября 1942 г.).

«ДРУЗЬЯ И БРАТЬЯ!

Большевизм — враг Русского народа. Неисчислимые бедствия принес он нашей Родине и, наконец, вовлек Русский народ в кровавую войну за чужие интересы... Несмотря на самоотверженность бойцов и командиров, несмотря на храбрость и жертвенность Русского народа, проигрывалось сражение за сражением. Виной этому — гнилость всей большевистской системы, бездарность Сталина и его главного штаба...

<...> Германия ведет войну не против Русского народа и его Родины, а лишь против большевизма... Для объединения Русского народа и руководства его борьбой против ненавистного режима, для сотрудничества с Германией в борьбе с большевизмом, за построение Новой Европы мы, сыны нашего народа и патриоты своего Отечества, создали РУССКИЙ КОМИТЕТ.

РУССКИЙ КОМИТЕТ ставит перед собой следующие цели:

а. Свержение Сталина и его клики, уничтожение большевизма.

б. Заключение почетного мира с Германией.

в. Создание в содружестве с Германией и другими народами Европы Новой России, без большевиков и капиталистов.

Председатель Русского Комитета Генерал-лейтенант А. А. Власов.

Секретарь Русского Комитета Генерал-майор В. Ф. Малышкин».

Из обращения Русского комитета* к бойцам и командирам Красной Армии, ко всему русскому народу и другим народам Советского Союза.

Военнопленные

Вопрос о военнопленных — один из самых болезненных вопросов любой войны, тем более Великой Отечественной, в ходе которой их было и с нашей стороны, и со стороны фашистов миллионы.

* Русский комитет — организация, созданная перешедшими на сторону врага несколькими генералами и другими бывшими советскими военнослужащими.

Задание

Ознакомьтесь с предлагаемыми документами и материалами. Подумайте, какие обстоятельства необходимо учитывать, рассматривая проблему советских военнопленных.

«Уже в первые дни войны сотни тысяч военнослужащих Красной Армии оказались в немецком плену. Из общего числа советских военнопленных за весь период войны (4 млн 59 тыс.) на 1941 г. приходится 2 млн, или 49%. <...> Бойцы и командиры Красной Армии были полны решимости сражаться с врагом, бороться до последнего патрона, но обстановка на поле боя не оставила им возможности продолжать сопротивление. Многие советские солдаты и офицеры были захвачены в плен, будучи тяжело раненными и контуженными.

Главными причинами массового пленения советских солдат в начале войны явилась неподготовленность советского командования и всего личного состава Красной Армии к ведению стратегической обороны, отсутствие опыта в отражении внезапных массированных ударов противника».

Кульков Е., Мягков М., Ржешевский О. Указ. соч.

«Советский солдат, даже попавший в плен, как бы безобидно он ни выглядел, будет пользоваться любой возможностью, чтобы выместить свою ненависть ко всему немецкому.

<...> Самым строгим образом следует избегать всякого сочувствия, а тем более поддержки. Чувство гордости и превосходства немецкого солдата, назначенного для охраны советских военнопленных, должно во всякое время быть заметным для окружающих... Неповиновение, активное или пассивное сопротивление должны быть немедленно и полностью устранены с помощью оружия...»

Из памятки для немецких солдат по охране советских военнопленных от 8 сентября 1941 г.

«Трусы, конечно, были, но как можно думать так о нескольких миллионах попавших в плен солдат и офицеров той армии, которая все-таки остановила и разбила немцев? Что же, они были другими людьми, чем те, которые потом вошли в Берлин? Были из другого теста, хуже, трусливее?! Как можно требовать огульного презрения ко всем, кто попал в плен в результате постигших нас в начале войны катастроф?

<...> В отношении бывших военнопленных была создана обстановка недоверия и подозрительности, им предъявлялись необоснованные обвинения в тяжких преступлениях и применялись массовые репрессии, включая высшую меру наказания, вследствие чего наши солдаты, сержанты и офицеры, попавшие в плен к врагу из-за боязни расправы над ними, не стремились бежать из плена на Родину, чтобы вновь встать в ряды Красной Армии...»

Из воспоминаний маршала Г. К. Жукова.

Человек на фронте и в тылу: всё для победы

Победу в войне, как известно, в значительной мере обеспечивает моральный фактор. Ниже приведены документы, во многом характеризующие поведение и условия жизни людей на фронте и в тылу в годы Великой Отечественной войны.

Задание

Проанализируйте документы и материалы. Что, на ваш взгляд, является в них самым важным? (Попытайтесь оценить воспоминания как исторический источник.)

«Всю войну проработала я в колхозе и на окопах, и дрова пилила, и на аэродроме работала, и бригадиром полеводческой бригады.

В семье было 6 человек. Минимум трудодней надо было выработать, 280... а тогда и не учитывали, работали и работали, без выходных, работали за так...

<...> Конечно, были случаи, когда просят у меня: ребенок болен, разреши после обеда выйти. Я — к председателю, а тот ни в какую — пусть идет работать, ничего с ее детьми не сделается...

<...> Время, наверное, такое было. Нельзя было иначе. Война...

<...> Дети начинали работать в колхозе с 12 лет... Работали дети, как и взрослые, — с 7 до того, как видно ничего не будет...

<...> Во время войны и другие дополнительные работы были: дорогу строили, каждый трудоспособный должен отработать на дороге 15 дней, на дровах и бревнах тоже две недели, а на окопах я была 4 месяца...

<...> И случаи от голодной смерти были. В одной семье, знаю, трое от голода умерли, еще двоих — помню, тоже от голода, дети умирали от голода, я точно знаю. Сначала опухали, а потом умирали...

<...> Личное хозяйство спасало, особенно коровой спасались. Сеяла у себя картошку, огурцы, лук. У меня было 40 соток. Но сдавали налог картошкой, сушили картошку для посылок на фронт, на семена оставляли. Оставалось не так много, семья-то большая.

<...> Да и надежда была, что вроде не оставит нас государство-то, не даст умереть с голоду. А когда поняли, что это так мы надеялись, а на самом деле не на кого было надеяться. <...> И колхоз не помогал, а где ему взять-то? Наоборот, видят же, что в семье четверо ребятишек, и все равно, смотришь, овцу от них гонят, теленка.

<...> Больше земли не разрешали брать, хотя пустующие земли были, не засевали их.

<..·> В годы войны люди лучше относились друг к другу, беда-то ведь общая. Мы, к примеру, четыре подруги были, у одной сделаешь чего-то сегодня, у другой завтра, как-то выходили из положения вместе, поддерживали друг друга. Выручали друг друга и картошкой, и молоком».

Из воспоминаний Пелагеи Васильевны М., Пензенская обл. // Независимая газета. Приложение «Хранить вечно». 2001. 22 июня.

«...Воевал... был автоматчиком. В апреле 1944 г. под Одессой был ранен. <...> Комиссовали до дома...

<...> Вернулся я, и меня назначают в колхозе бригадой полеводческой руководить... <...> А в бригаде 60 человек — в основном женщины, ну и ребятишки лет по 13—15...

Работали тогда все хорошо, старались даже не опаздывать, потому что трудно было представить, что тебя вызовут в правление колхоза и там будут ругать. Люди стыдились тогда.

Работы было много. Ложился я в 12 часов, когда посевная или уборочная шла, а вставал в 3 часа утра... <...> Техники у нас не было. Только 4 комбайна «Сталинец», но они не самоходные, их возили на быках. А так — все вручную делали. Например, жать надо. Норма на жатве — 80 соток на одного. Да женщины и больше жали, друг с другом соревновались, даже до работы приходили многие и начинали жать...

<...> Людей спасала картошка... Личное хозяйство — оно и спасло... <...> Как сажать картошку — от женщин отбоя нет. Тут посевная, а их тоже надо понять, не вскопают огород, не посадят картошки — считай, смерть.

Что заставляло тысячи людей покидать родные места?

Эвакуация. Осень 1941 г.

Хлебная карточка в Ленинграде на декабрь 1941 г.

Дневная норма на человека в ноябре — декабре 1941 г. составляла 125 граммов.

<...> Работали тогда хорошо все, хотя и трудно было. <...> Уполномоченный прямо-таки “висел” над нами. Да иногда и не он один был, а несколько их было. И получалось, что они часто мешали нам, да и друг другу мешали, часто ругались между собой.

Работать еще бы ничего, вот налоги, займы...

<...> Здесь слез много было. <...> У одной 7 человек детей, не сдавала в займ — увели корову.

Вот так. Грабили скотину. Люди боялись — и это тоже было.

<...> В магазинах, кроме водки, ничего не было, но люди не пьянствовали, некогда, да и не на чего. Работа, работа, работа.

<...> Тогда и люди боялись, и законы были жестокие, да и у людей стыд какой-то был. Раз надо работать, что же — будем работать, вот ведь как раньше рассуждали».

Из воспоминаний Григория Викторовича П., Пензенская обл. // Там же.

«Всего лишь несколько месяцев прошло с начала войны, а город <Ленинград> уже голодал. Все меньше и меньше продуктов стали выдавать по карточкам. 20 ноября 1941 г. рацион хлеба дошел до 125 граммов иждивенцам и 250 граммов рабочим. Крупы давали 300 г, масла — 100 г в месяц. Потом пришло время, когда уже не выдавали ничего, кроме хлеба. Да и эти 125 г, от которых зависела жизнь, были не хлебом, а липким черным месивом, сделанным из мучных отходов, мокрым и расплывающимся в руках. <...>

Какое-то время еще работали школы, кто был в силах, приходил. Сидели в пальто и шапках в ледяном нетопленом классе, голодные. У всех — закопченные лица: электричества уже не было, в квартирах горели коптилки — баночки с какой-то горючей жидкостью, в которую вставлялся маленький фитилек. Света она дает ничтожно мало, но коптит немилосердно, отсюда и название. <...>

Фашисты пытали Ленинград, ленинградцев голодом. Матерей пытали жалостью к умирающим на глазах у них детям и мужьям, а солдат — жалостью к угасающим матерям, женам, детям, надеясь, что дрогнут ленинградцы, откроют ворота в город.

<...> Потребности человека стремительно сужались, концентрировались, заострялись на хлебе, тепле, воде.

Ленинградка С. И. Петрова Фотографии в мае 1941 г.

...в мае 1942 г.

...в октябре 1942 г.

«“Голод — все!” — восклицает врач-блокадница Г. А. Самоварова. <...> “Знаете, какая самая большая радость была? Это когда прибавили до трехсот граммов хлеба. Вы знаете? Люди в булочной плакали, обнимались. Это было светлое Христово воскресение, это уж такая большая радость была!”»

Адамович А. М., Гранин Д. А. Блокадная книга. М., 1982. С. 61.

«Дорогая мама! Мы сейчас находимся в трудном положении, но надеемся, что нас выручит родной Урал. Пули, как шмели, снаряды рвутся, все горит — земля и Волга. Даже на все это не приходится обращать внимание, раненых много, убитых еще больше. Мы прячем раненых в канализационные трубы и руины, где за ними ухаживаем, а ночью переправляемся на тот берег, где наши войска. Приходится всяко: и по-пластунски, и на бревнах. Хотя бы как, но спасти. Мамаев курган несколько раз был у врага, отбивали, но вчера они опять его заняли. Соберем все силы. А если понадобится, не пожалеем жизни...»

Вечер. Патриаршие пруды 1941 г. Художник А. А. Дейнека 1946 г.

Из письма защитника Сталинграда. 19 ноября 1942 г. // Российская газета.

2002. 8 мая.

«Хотелось бы только, чтоб мои горемыки прошли через эту истребительную машину невредимыми и смогли снова зажить хорошо после войны. Все в жизни забудется — холод, голод, слезы и муки... А забыв все пережитое, люди как жуткую сказку будут рассказывать детям о своем былом горе и смеяться от радости новой счастливой жизни, от сознания своей силы и могущества, доблести и геройства, мужества и отваги тех, кто добыл эту историческую победу дорогой ценой своей крови, труда и забот, с любовью вспоминая имена героев и героев без имен...»

Из письма с фронта от 17 апреля 1942 г. // Там же.

Какие основания имелись для использования одних и тех же слов при характеристике поведения человека на фронте и в тылу («работа по-фронтовому», «трудовой фронт», «фронтовая бригада» и т. д.)?

Какие моральные качества людей проявлялись в тылу в годы Великой Отечественной войны?

Полководцы

Задания

1. Прочитайте отрывок из воспоминаний главного маршала авиации А. Е. Голованова о полководцах Великой Отечественной войны. Что роднит всех полководцев, которых характеризует А. Е. Голованов?

2. В чем проявлялась индивидуальность этих людей? Подберите другие описания полководцев из мемуаров, научных книг и статей, художественной литературы.

3. Руководители Сталинградской обороны генерал-лейтенант В. И. Чуйков (впоследствии маршал) и генерал-полковник М. С. Шумилов завещали похоронить себя на Мамаевом кургане. Как вы объяснили бы это их желание?

«Хочется мне остановиться на некоторых наших полководцах. Вообще-то говоря, определенных рамок или определений, кто может или должен или имеет право считаться полководцем, — нет. Во всяком случае, под этим названием следует, как мне кажется, подразумевать человека, который своим искусством, своим военным талантом, своим дарованием одерживал победы над врагом не числом, как говорил Суворов, а умением.

Стрелковое подразделение Красной Армии на Ленинградском фронте 1942 г.

Начну с Ивана Степановича Конева. <...> Характер у маршала Конева был прямой, дипломатией заниматься, прямо надо сказать, он не умел. Комиссар со времен Гражданской войны, он привык общаться с солдатскими массами. В войсках его звали солдатским маршалом. <...> Был смел и решителен, отправляясь подчас непосредственно в батальоны и роты для личного руководства боем, оставляя штаб фронта, а следовательно, и управление войсками.

<...> Хотел бы я здесь сказать и о Георгии Константиновиче Жукове. Я бы сказал, что он является характерным представителем русского народа. <...> Все, что имелось в его, если можно так выразиться, активе — это два класса городского училища. Никаких академий он не кончал и никакого законченного образования не имел. Все, что он имел, — это голову на своих плечах. <...> Настоящий полководческий талант проявился у него там, где ему и надлежало быть, т. е. в войсках.

<...> Если И. С. Конев и Г. К. Жуков имеют что-то общее между собой и есть что-то общее в их характерах, то А. М. Василевский не походит ни на одного из них. Стиль работы Александра Михайловича является примером для стиля работника штаба крупного масштаба. <...> А. М. Василевский обладал особыми способностями в умении обобщить получаемые доклады и данные с фронта, доложить их Верховному, изложить предложения по дальнейшему ходу боевых действий... <...> Будучи образованным человеком, Василевский обладал объемным мышлением и широким кругозором...

<...> И, наконец, из целой плеяды военачальников я хочу остановиться на личности Константина Константиновича Рокоссовского. Пожалуй, это наиболее колоритная фигура из всех командующих фронтами, с которыми мне довелось сталкиваться во время Великой Отечественной войны...

<...> Годы заключения не сломили, а закалили его. <...> Я не слышал, чтобы Верховный называл кого-либо по имени и отчеству, кроме Б. М. Шапошникова, однако после Сталинградской битвы Рокоссовский был вторым человеком, которого И. В. Сталин стал называть по имени и отчеству...»


Поделиться: